Новости

07.10.2024

Дайджест по расстройствам детского сна, октябрь 2024 г.

Особенности и нарушения сна у итальянских детей и подростков: кросс-секционное исследование

M. Breda, A. Belli, D. Esposito, A. Di Pilla, M. G. Melegari, L. DelRosso, E. Malorgio,  M. Doria, R. Ferri, O. Bruni. Sleep habits and sleep disorders in Italian children and adolescents: a cross-sectional survey. J Clin Sleep Med. 2023 Apr 1; 19(4): 659–672.

Цель исследования включает описание привычек сна и эпидемиологию наиболее распространенных нарушений сна у итальянских детей и подростков.

Родители здоровых детей и подростков (1-18 лет) заполнили доступный в Италии онлайн-опрос, с помощью которого была собрана ретроспективная информация о привычках и нарушениях сна.

Респондентами были 4321 ребенок (48,6% девочек). Большая часть детей не соблюдали стандарты продолжительности сна по рекомендациям Национального фонда сна по возрастам (31,9% детей ясельного возраста, 71,5% дошкольников, 61,6% детей школьного возраста и 41,3% подростков). Сон был отмечен у 92,6% детей младшего возраста и у 35,2% дошкольников. Что касается географических различий, то дети и подростки из северной Италии чаще ложились спать раньше, чем их сверстники из центральной и южной Италии. Наиболее частыми жалобами на сон в выборке были беспокойный сон (35,6%), далее трудности с засыпанием (16,8%), частые ночные пробуждения — более 2 ночных пробуждений (9,9%) и бруксизм (9,6%). Данные также свидетельствуют о том, что более длительное время, проведенное за экраном компьютера или смартфона связано с более поздним отходом ко сну в будние дни во всех возрастных группах.

Текущее исследование показывает, что итальянские дети подвержены риску нарушений сна, что особенно касается снижения качества ночного сна, беспокойного сна и трудностей с засыпанием. В исследовании также представлены нормативные данные о сне по возрастным группам в большой группе типично развивающихся итальянских детей, подчеркивающие важность оценки привычек и нарушений сна с точки зрения особенностей культуры.

Нарушения сна у ливанских детей: роль психического здоровья родителей, питания и активности ребенка

E. Sfeir, C. Haddad, M. Akel, S. Hallit, S. Obeid. Sleep disorders in a sample of Lebanese children: the role of parental mental health and child nutrition and activity. BMC Pediatr. 2021; 21: 324.

Режим сна является важным компонентом здоровья ребенка, но на него влияют отношения между родителями и ребенком. Питание и рацион так же оказывают воздействие на сон. В нескольких исследованиях изучалось влияние эмоционального расстройства родителей, которое может воздействовать на сон детей. Поэтому целью данного исследования было оценить распространенность нарушений сна у детей дошкольного и школьного возраста и выявить взаимосвязь с психическим здоровьем родителей, питанием и активностью ребенка.

В перекрестном исследовании, проведенном в период с октября 2020 по январь 2021 года, приняли участие 402 родителя из Ливана. Анкета была распространена онлайн с использованием метода «снежного кома». Опросник детского сна (PSQ) был использован для оценки поведения детей во время сна, а опросник семейного питания и физической активности — для оценки поведения родителей, которое может предрасполагать детей к ожирению.

В общей сложности у 76 (19%) детей были выявлены нарушения сна (≥8 баллов по шкале PSQ). Многофакторный анализ показал, что более высокая степень депрессии у отца, депрессии у матери и более высокая тревожность у отца были связаны с более высокими показателями PSQ (ухудшением сна) у ребенка. Высокие показатели по шкале скрининга питания и физической активности в семье у ребенка были достоверно связаны с низкими показателями PSQ (лучший сон).


Тревожность и депрессия со стороны родителей были факторами, связанными с нарушениями сна у детей. Необходимы дальнейшие исследования для оценки влияния родителей на развитие ребенка.

Распространенные нарушения сна у детей: оценка и лечение

F.Thabet, B. Tabarki. Common sleep disorders in children: assessment and treatment. Neurosciences (Riyadh). 2023 Apr; 28(2): 85–90.

Нарушения сна у детей являются распространенным явлением – от 10 до 28% популяции. Дети с неврологической патологией подвержены более высокому риску: до 80% детей с эпилепсией, 83% с расстройствами аутистического спектра и 73% с синдромом дефицита внимания и гиперактивности имеют сопутствующие проблемы со сном. После пандемии коронавирусной болезни (COVID-19) и использования в большем объеме гаджетов отмечается рост нарушений сна среди детей.

В обзоре описывается нормальный режим сна у младенцев и детей младшего возраста и приводятся последние данные о распространенных нарушениях сна.

Нормы сна по данным обзора

Возраст Сон в сутки/часы Дневной сон
0-2 месяца 12-18 6-8 дневных засыпаний длительностью от 10 минут до 4 часов за день
4-12 месяца 14-15 2 дневных сна длительностью 2-4 часа
1-2 года 12-14 1 сон 1-3 часа
3-5 лет 11-13 Допустимо наличие или отсутствие дневного сна
6-12 лет 9-11 Большинство детей не нуждаются в дневном сне, допустим короткий сон не более 30 минут
13-18 лет 8-10 Большинство детей не спят днем

В основе лечения хронической инсомнии у детей следует рекомендовать поведенческую терапию и соблюдение гигиены сна.  Фармакологические методы лечения в основном включают снотворные препараты (мелатонин и седативные антигистаминные препараты). Несколько мета-анализов подтверждают, что мелатонин является наиболее безопасным препаратом для детей, включая детей с нарушениями развития нервной системы, такими как расстройства аутистического спектра. Рекомендуемая доза мелатонина составляет от 3 до 5 мг за 30 минут до сна.

Варианты лечения детского синдрома обструктивного апноэ сна (СОАС) включают медикаментозное лечение и хирургические вмешательства, в зависимости от тяжести СОАС. При СОАС легкой и средней степени тяжести в первую очередь рекомендуется интраназальное введение кортикостероидов перед сном в сочетании с ингибиторами лейкотриенов. При наличии гипертрофии небных миндалин и аденоидите основным методом лечения является аденотонзиллэктомия. Данные о других хирургических методах, таких как супраглоттопластика, ограничены. При остаточном СОАС следует рассмотреть возможность применения дыхательного аппарата с постоянным положительным давлением в дыхательных путях (CPAP) или двухуровневого PAP (у пациентов с нервно-мышечными нарушениями). Любой фактор риска, такой как ожирение или аллергический ринит, требует активного лечения. Пациентам с остаточным остеопорозом рекомендуется быстрое расширение верхней челюсти (которое осуществляется с помощью ортодонтических приспособлений, с помощью которых давление непосредственно воздействует на верхнечелюстной шов через зубы) и миофункциональная терапия, которая состоит из изотонических и изометрических упражнений, направленных на укрепление мышц полости рта и ротоглотки.

Последствия нарушений сна негативно сказываются на развитии ребенка, отмечается взаимосвязь с дефицитом нейрокогнитивных функций и задержкой роста. Поэтому концепция медицины сна должна быть интегрирована в педиатрическую практику.

Автор дайджеста: Тарасенко Екатерина Сергеевна

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

30.09.2024

Дайджест по расстройствам движений во сне и расстройству поведения в быстром сне, сентябрь 2024 г.

Клинический профиль синдрома беспокойных ног при болезни Паркинсона

Maggia G., Barone A., Mastromarino C. et al. Prevalence and clinical profile of patients with restless legs syndrome in Parkinson’s disease: A meta-analysis. Sleep Medicine. 2024. Vol. 121. 275-286.

Синдром беспокойных ног (СБН) — это сенсомоторное расстройство регуляции сна/бодрствования, характеризующееся желанием двигать ногами, сопровождающимся широким спектром сенсорных симптомов, в основном затрагивающих нижние конечности. Отмечается повышенная частота СБН при болезни Паркинсона (БП). Ассоциация этих состояний проявляется более тяжелыми двигательными и недвигательными нарушениями. Целью было предоставить надежную оценку распространенности СБН и клинических особенностей, связанных с его возникновением при БП (БП-СБН).

Авторы исследования провели систематический анализ литературы по состоянию на январь 2024 года с использованием баз данных PubMed, Scopus и PsycINFO. Статьи включались, если в них были данные о пациентах с БП с СБН или без него, и они использовались для оценки распространенности СБН при БП. Клинический профиль изучался путем сравнения клинических характеристик пациентов с БП с СБН и БП без него.

В мета-анализ было включено 46 исследований. Распространенность СБН составила 20 % от общей выборки из 6990 пациентов с БП и была связана с женским полом, более выраженными двигательными нарушениями и функциональной инвалидностью, а также широким спектром немоторных симптомов, таких как нарушения сна, когнитивные и вегетативные расстройства и более тяжелые нейропсихиатрические проявления. Не было обнаружено никакой связи с сывороточным ферритином, сывороточным железом и уровнем гемоглобина.

Клинический профиль пациентов с БП и СБН, характеризующийся большей выраженностью немоторных симптомов, также позволяет предположить, что в этиологии этих заболеваний участвуют и другие нейротрансмиттерные системы, помимо дофаминергической.

Частота распространенности расстройства поведения в быстром сне у пациентов с эссенциальным тремором

Bugalho P., Meira B., Pinho A. et al. REM sleep behavior disorder and Prodromal Parkinson’s Disease in patients with Essential Tremor. Sleep Medicine: X8 (2024) 100118.

В нескольких исследованиях предполагали наличие немоторных симптомов при эссенциальном треморе (ЭТ), включая расстройство поведения в быстром сне (РПБС). РПБС является одним из проявлений продромальной болезни Паркинсона. Целью этого исследования было оценить распространенность и особенности пациентов с ЭТ с РПБС и БП. РПБС диагностировалось с помощью скрининга по анкете с последующей полисомнографией. Факторы риска БП и продромальные маркеры оценивались с помощью структурированного протокола. Пациенты с ЭТ и РПБС (ЭТ-РПБС) и БП (ЭТ-БП) сравнивались с пациентами без РПБС (ЭТ-неРПБС) и без БП (ЭТ-неБП), соответственно. Пациенты с ЭТ-РПБС также сравнивались с группой изолированной РПБС (ИРПБС).

Авторы исследования оценили в общей сложности 64 пациента с ЭТ. У пяти (8,3 %) и 4 (6,3 %) были соблюдены критерии РПБС и БП. Пациенты с ЭТ-РПБС не отличались от пациентов с ЭТ-неРПБС, за исключением более высокой распространенности БП. Не было никаких существенных различий между группами ЭТ-РПБС и ИРПБС. У ЭТ-БП была более высокая распространенность РПБС по сравнению с ЭТ-неБП. У трех пациентов с ЭТ-РПБС была БП, а у 3 пациентов с ЭТ-БП было РПБС.

И РПБС, и БП чаще встречаются у пациентов с ЭТ, чем в общей пожилой популяции, но они не связаны со специфическими признаками тремора. Пациенты с ЭТ-РПБС не отличались значительно от пациентов с ИРПБС, группы, склонной к развитию БП. Эти данные предполагают связь между ЭТ и БП и согласуются с исследованиями, показывающими увеличение частоты патологии телец Леви и БП в популяциях ЭТ.

Отличия антидепрессант-индуцированного РПБС от истинного нейродегенеративного процесса

Biscarini F., Pizza F., Vandi S. et al. Biomarkers of neurodegeneration in isolated and antidepressant- related rapid eye movement sleep behavior disorder. Eur J Neurol. 2024;31:e16260.

В этом исследовании сравнивались особенности ИРПБС и расстройства поведения во время сна с быстрым движением глаз, связанного с приемом антидепрессантов, с целью выделения маркеров, которые могли бы различать эти два состояния.

В наблюдательное когортное исследование были включены пациенты с РПБС, принимающие и не принимающие антидепрессанты (пациенты с антиD+ и антиD− соответственно), без когнитивных нарушений и паркинсонизма. Клинические особенности РПБС, моторные и немоторные симптомы паркинсонизма, архитектура сна, индекс атонии REM, эмиссионная компьютерная томография с однофотонным переносчиком дофамина (DAT-SPECT) и биопсия кожи для оценки внутринейронального альфа-синуклеина (α-syn) были изучены в начале исследования.

Были включены 39 пациентов, 10 с антиD+ и 29 с антиD−. Пациенты с анти-D+ (чаще женщины) сообщали о большем количестве психиатрических симптомов, меньшем количестве неприятных сновидений и меньшей частоте гипосмии. α-синуклеин был обнаружен у 93,1% пациентов с анти-D− по сравнению с 30% пациентов с анти-D+ (p= 0,00024). Не было выявлено никаких различий в других моторных и немоторных симптомах, оценке по шкале оценки болезни Паркинсона Общества двигательных расстройств, части III, по DAT-SPECT или полисомнографическим признакам.

Пациенты с РПБС, связанным с антидепрессантами, имеют клинические и невропатологические признаки, предполагающие более низкий риск развития истинного нейродегенеративного процесса.

Корковая активация имитирует двигательную активность в фазе быстрого сна при РПБС

Manzanilla O., Alegre M., Horrillo-Maysonnial A. et al. Cortical activation in REM behavior disorder mimics voluntary movement. An electroencephalography study. Clinical Neurophysiology 166 (2024) 191–198

Двигательные симптомы БП проявляются во время расстройства поведения во время быстрого сна. Цель исследования состояла в том, чтобы изучить активность коры во время этих эпизодов движения у пациентов с БП и без нее, чтобы исследовать участие коры в генерации ее электромиографической активности и ее потенциальную связь с БП.

Исследователи провели ретроспективный поиск в собственной базе данных полисомнографических обследований на предмет пациентов с РПБС, проанализировав в общей сложности 15 пациентов, 7 с ИРПБС и 8, связанных с БП. Были изучены фазы быстрого сна с наличием движений (подтвержденных электромиографией) и связанные с движением изменения активности коры путем усреднения электроэнцефалографического сигнала.

Обнаружили активацию моторной коры, предшествующую началу электромиографической активности, вместе с активацией на протяжении движения. Все эти изменения были аналогичным образом представлены у пациентов с расстройством поведения во время быстрого сна с болезнью Паркинсона и без нее.

Изменения электроэнцефалографической активности, связанные с движением, наблюдаемые при расстройстве поведения во время быстрого сна, аналогичны изменениям, наблюдаемым во время произвольных движений, независимо от наличия двигательных симптомов болезни Паркинсона.

Эти результаты предполагают основное участие коры в генерации движений во время быстрого сна.

Автор дайджеста и координатор проекта:

Горбачев Никита Алексеевич.

23.09.2024

Дайджест по гиперсомниям, сентябрь 2024 г.

Что хуже: спать меньше или не спать совсем?

Souza JFT, Monico-Neto M, Tufik S, Antunes HKM. Sleep Debt and Insulin Resistance: What’s Worse, Sleep Deprivation or Sleep Restriction? Sleep Sci. 2024 May 21;17(3):e272-e280. doi: 10.1055/s-0044-1782173. PMID: 39268336; PMCID: PMC11390169.

Ограничение времени сна является одним из контролируемых факторов риска, влияющего на развитие у пациентов сердечно-сосудистых заболеваний, аутоиммунных состояний и нарушения обменных процессов. В зависимости от возрастной группы, от 10% до 68% людей по тем или иным причинам ежедневно сознательно ограничивают время ночного сна на протяжении длительного времени. Ограничение времени сна может приводить к возникновению инсулинорезистентности и, как следствие, к развитию сахарного диабета 2 типа. Существуют разные варианты ограничения времени сна: либо ежедневное частичное ограничение времени сна либо полная депривация сна (например, при сменной работе).

В одной из последних публикаций, посвящённых вопросам ограничения времени сна, исследователи привлекли внимание к тому, какой вариант ограничения сна с большей вероятностью приведёт к развитию инсулинорезистентности: частичное ограничение в течение длительного времени либо однократная полная депривация сна? С целью изучения данного вопроса были отобраны 28 добровольцев в возрасте от 18 до 40 лет, впоследствии разделённые на две равнозначные группы. В первой группе проводилась полная депривация сна на протяжении 24 часов, а во второй группе проводилось ежедневное ограничение времени сна до 4 часов в сутки на протяжении 6 дней. До и после ограничения сна добровольцам проводился глюкозотолератный тест, измерялись уровни инсулина и глюкозы крови.

В результате исследования было выявлено повышение уровня инсулина в группе ежедневного частичного ограничения сна в сравнении с группой полной депривации сна, статистически значимой разницы в уровнях глюкозы крови после ограничения сна между группами выявить не удалось. Повышение уровня инсулина при равнозначных уровнях глюкозы крови свидетельствует о большей вероятности развития инсулинорезистентности в дальнейшем. В соответствии с полученными результатами, можно сделать вывод, что при полной депривации сна развитие инсулинорезистентности менее вероятно, чем при частичном ограничении времени сна.

Симптомы, схожие с синдромом Клейне-Левина при окклюзии базилярной артерии

Kong L, Li C. Symptoms similar to Kleine-Levin syndrome in a patient with basilar artery зocclusion: a case report and literature review. Front Neurol. 2024 Aug 30;15:1293695. doi: 10.3389/fneur.2024.1293695. PMID: 39281410; PMCID: PMC11392729.

Синдром Клейне-Левина представляет из себя редкое расстройство с представленностью в общей популяции 1 : 1 000 000, относящееся к группе гиперсомний. Для синдрома Клейне-Левина характерны следующие клинические проявления: преходящая гиперсомния с продолжительностью сна до 20 часов сутки, длительностью от 2 дней до 5 недель, сочетающаяся с психиатрическими (деперсонализация, дереализация, гиперфагия, гиперсексуальность) и когнитивными (амнезия на момент приступа) нарушениями. Этиология синдрома Клейне-Левина остаётся неизвестной. Лечение данных пациентов вызывает определённые трудности ввиду отсутствия эффективных препаратов для купирования симптоматики.

Нередко синдром Клейне-Левина требует дифференциальной диагностики с заболеваниями психиатрического спектра, а также с другими неврологическими заболеваниями (деменция с тельцами Леви, демиелинизирующие заболевания ЦНС). В частности, данное состояние также требует дифференциальной диагностики с острыми нарушениями мозгового кровообращения. Однако чаще всего диагностика требуется при первом приступе заболевания, а при уже сформированном и подтверждённом диагнозе при повторных атаках как у окружающих пациента, так и у медицинского персонала не вызывает сомнений природа длительного эпизода гиперсомнии. Однако, причина повторных приступов не всегда может оказаться той же, что была раньше.

Именно такой клинический случай синдрома Клейне-Левина был описан L. Kong и соавт. у 81-летней женщины. Из анамнеза было известно, что на протяжении 18 лет у пациентки наблюдались периодические приступы гиперсомнии с психиатрическими и когнитивными отклонениями, ранее ей был поставлен диагноз синдрома Клейне-Левина, а вся симптоматика регрессировала самостоятельно в течение 2 недель. Приступы гиперсомнии повторялись у неё четырежды. После развития 5-го приступа пациентка была госпитализирована в госпиталь, где ей, помимо всего прочего, выполнялась КТ-ангиография вертебрально-базилярного бассейна, в результате чего была выявлена окклюзия базилярной артерии. В связи с нарастающей симптоматикой нарушения сознания, пациентке были проведены тромболизис и тромбоэкстракция, после чего отмечался полный регресс симптоматики, характерный для синдрома Клейне-Левина.

Стратеги борьбы с сонливостью за рулём

Beguin E, Maranci JB, Leu-Semenescu S, Dodet P, Gales A, Oudiette D, Andrillon T, Arnulf I. «I know when to stop»: Sentinels and counter-strategies against drowsy driving in narcolepsy and idiopathic hypersomnia. Sleep. 2024 Aug 29:zsae168. doi: 10.1093/sleep/zsae168. Epub ahead of print. PMID: 39208413.

Повышенная сонливость за рулём является одним из значимых факторов риска попадания в ДТП, в результате чего может быть нанесён вред здоровью не только водителя, но и других участников дорожного движения. Актуальным остаётся вопрос о мерах борьбы с сонливостью за рулём, особенно для пациентов с нарколепсией. Одним из самых простых и эффективных методов является остановка автомобиля с целью короткого сна («power nap»), однако не все водители готовы прерывать поездку и останавливаться, чтобы быстрее добраться до конечной точки назначения.

В новом исследовании, нацеленном на выявление мер по борьбе с сонливостью за рулём, был опрошен 61 человек с нарколепсией, при этом отмечено, что 61% из них хотя бы 1 раз попадали в ДТП в результате повышенной сонливости за рулём. Среди опрошенных «продромальным» симптомом скорого засыпания за рулём наиболее часто выделяли моторные симптомы (86,9%: аксиальная гипотония, частое моргание, стереотипные движения), когнитивные изменения (53,3%: автоматизированное вождение, трудности с концентрацией внимания), сенсорные ощущения (63%: парестезии, боль, ощущения тяжести в руках/ногах, снижение восприятия реальной дистанции до окружающих объектов) и вегетативные симптомы (10%: изменение ЧСС и частоты дыхания, эрекция у мужчин). Пациенты также были опрошены на предмет контрмер, которые они предпринимают при ощущении выраженной сонливости. Среди наиболее эффективных методик пациенты выделяли аутостимуляция (боль, холодный воздух, громкая музыка), настройка сидения для более неудобной позы, а также методику «экстренного торможения». Среди этих методик как наиболее эффективную пациенты выделяли методику «экстренного торможения» — когда водитель в отсутствие видимых причин применяет резкое торможение с соблюдением безопасности для окружающих.

Следует отметить, что целью исследования было выявление методик по сохранению концентрации внимания за рулём не только для пациентов, но и для людей, у которых продолжительность сна ограничена (ввиду рабочего графика или сопутствующих расстройств сна, например синдрома обструктивного апноэ сна). По-прежнему наиболее безопасной и эффективной методикой считается остановка для короткого сна.

Новый агонист орексиновых рецепторов для лечения нарколепсии

Mitsukawa K, Terada M, Yamada R, Monjo T, Hiyoshi T, Nakakariya M, Kajita Y, Ando T, Koike T, Kimura H. TAK-861, a potent, orally available orexin receptor 2-selective agonist, produces wakefulness in monkeys and improves narcolepsy-like phenotypes in mouse models. Sci Rep. 2024 Sep 6;14(1):20838. doi: 10.1038/s41598-024-70594-1. PMID: 39242684; PMCID: PMC11379823.

Нарколепсия является расстройством из группы гиперсомний, для которого существует характерная клиническая пентада симптомов: избыточная дневная сонливость, нарушенный ночной сон, сонный паралич, катаплексия и гипнагогические/гипнапомпические галлюцинации. Ведущей патогенетической моделью развития нарколепсии является потеря орексинергических нейронов, расположенных в латеральном гипоталамусе. Самой частой мутацией, ассоциированной с развитием нарколепсии, является мутация в гене главного комплекса гистосовместимости HLA-DQB1*06:02. Наиболее вероятно развитие аутоиммунной агрессии в отношении орексинергических нейронов латерального гипоталамуса, однако терапия глюкокортикоидами, применяемая обычно при аутоиммунных заболеваниях, не приводит к ремиссии заболевания. Вероятнее всего, это происходит вследствие необратимой гибели орексинергических нейронов в результате аутоиммунной атаки.

Среди методов лечения выделяют лекарственные и нелекарственные. Наиболее эффективными лекарственными препаратами для снижения выраженности симптомов нарколепсии являются модафинил, натрия оксибутират, СИОЗС и питолисан. Однако данные препараты чаще всего не способны полностью купировать симптоматику нарколепсии. Учитывая потерю орексинергических нейронов и, как следствие, орексина в ЦНС, наиболее эффективным методом терапии стала бы разработка агониста орексиновых рецепторов. Ранее попытки разработки агонистов орексиновых рецепторов уже предпринимались, однако в ходе клинических испытаний одного из препаратов выявилась его высокая гепатотоксичность, в результате чего исследования были завершены досрочно.

В новом исследовании препарата для лечения нарколепсии использовался агонист орексиновых рецепторов OX-2 под названием TAK-861. На данный момент препарат проходит фазу доклинических испытаний, в результате которых было выявлено снижение симптомов нарколепсии у приматов и у мышей.

Хотя и ранее предпринимаемые попытки разработки препарата агониста орексиновых рецепторов для лечения нарколепсии были остановлены в результате побочных эффектов препаратов, тем не менее разработки в данном направлении не прекращаются.

Автор дайджеста: Головатюк Андрей Олегович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

17.09.2024

Дайджест по инсомниям, сентябрь 2024 г.

Новый препарат магния в лечении инсомнии

Hausenblas HA, Lynch T, Hooper S, Shrestha A, Rosendale D, Gu J. Magnesium-L-threonate improves sleep quality and daytime functioning in adults with self-reported sleep problems: A randomized controlled trial. Sleep Med X. 2024 Aug 17;8:100121. doi: 10.1016/j.sleepx.2024.100121.

Идея поиска препарата, улучшающего сон и не обладающего побочными эффектами, по-прежнему привлекает врачей и ученых. В клинической практике неоднократно упоминается польза препаратов магния при различных заболеваниях нервной системы. Возможные механизмы действия этих препаратов заключаются в том, что магний является ко-фактором, усиливающим нейропластичность и синаптическую функцию. Также магний может влиять на регуляцию нейротрансмиттеров, например, гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) – тормозного нейротрансмиттера, снижающего возбудимость нервных клеток. Кроме того, магний участвует в синтезе N-ацетил-5-гидрокситриптамина, который в дальнейшем превращается в мелатонин. В то же время сейчас существует мало качественных данных о влиянии магния на сон, что могло быть связано с низкой биодоступностью препаратов магния, используемых в исследованиях. Магний L-треонат имеет более высокую биодоступность для ткани головного мозга, что было ранее подтверждено в исследованиях на животных.

Опубликованы результаты рандомизированного плацебо-контролируемого двойного слепого исследования L-треоната магния в дозировке 500 мг в течение. В исследовании участвовало 80 человек 35-55 лет, откликнувшихся на объявления в СМИ и набравших >8 баллов по шкале тяжести инсомнии. Первичными точками были индекс тяжести инсомнии, опросник восстановления после сна, Лидский опросник качества сна на 7й, 14й и 21й день после начала лечения. Особенностью исследования было то, что участники носили кольцо Oura на протяжении всего курса терапии, что позволило включить в анализ такие параметры, как продолжительность сна, латентность сна, продолжительность глубокого сна, REM-сна и эффективность сна. Данные анализировались с помощью многоуровневых регрессионных моделей, в которых оценивалась зависимость изменения конечных точек от времени и от группы (основная/плацебо). Результаты показали, что индекс тяжести инсомнии в группе, получавшей L-треонат магния снижался значительно сильнее, чем в группе, получавшей плацебо. Также в этой группе наблюдалось более значимое увеличение таких показателей сна, как доля глубокого сна, дневная активность, измеряемых при помощи кольца Oura. На протяжении исследования не было зарегистрировано серьезных побочных эффектов препарата

Инсомния и «Большая пятерка» личностных качеств

Guerreiro J, Schulze L, GarciaI Tormo A, Henwood AJ, Schneider L, Krob E, Salvilla S, Chan KMY, Deedat S, Matic A. The Relationship Between Big Five Personality Traits and Sleep Patterns: A Systematic Review. Nat Sci Sleep. 2024 Sep 4;16:1327-1337. doi: 10.2147/NSS.S467842. 

Большая пятерка личностных качеств, также известная как пятифакторная модель личности, объединяющая открытость новому опыту, дружелюбие, добросовестность, нейротизм и экстраверсию, является валидированным инструментом описания личности. В проведенных ранее кросс-культурных и лонгитюдных исследованиях было показано, что данные черты являются устойчивыми на протяжении жизни. В систематическом анализе, включившем 16 исследований с общим числом участников 58 182, была проанализирована ассоциация между чертами «большой пятёрки» и такими параметрами сна, как качество сна, продолжительность сна и хронотип.

Была обнаружена умеренная связь между низким качеством сна и нейротизмом (величина эффекта 0.183-0.40), которая подтвердилась во всех исследованиях на эту тему. Дружелюбие, добросовестность и низкий уровень экстраверсии имели связь с хорошим качеством сна, правда величина связи была слабой (0.05-0.28). Несмотря на слабую и умеренную величину эффекта все ассоциации были статистически значимыми. Наличие утреннего хронотипа было ассоциировано с  добросовестностью (умеренная величина эффекта 0.16-0.35) и доброжелательностью (слабая величина эффекта 0.03-0.162). Вечерний хронотип был ассоциирован с нейротизмом (слабая величина эффекта 0.03-0.20). Продолжительность сна не была статистически связана ни с одной из личностных черт «большой пятёрки».

Эти находки демонстрируют возможность персонализации существующих приложений для улучшения сна и для здорового образа жизни в зависимости от черт личности. В частности, пользователям с высоким уровнем экстраверсии может быть направлено напоминание о необходимости отключить уведомления из соцсетей и мессенджеров за 1-2 часа до сна. Пользователям с высоким уровнем нейротизма может быть предложена 10-20-минутная релаксационная практика перед сном. При подборе индивидуальных рекомендаций людям с высоким уровнем добросовестности и дружелюбия эффективны будут утренние практики (релаксации, медитации).

U-образная взаимосвязь выраженности депрессии и риска нарушений сна

Tu Y, Qing G, Chen M, Chen H. Association between depression severity and trouble sleeping: A population-based study. Medicine (Baltimore). 2024 Sep 6;103(36):e39611. doi: 10.1097/MD.0000000000039611.

Известно, что депрессия и нарушения сна коморбидны друг другу, а наличие одного заболевания усиливает риски развития другого. Кросс-секционное исследование взаимосвязи депрессии и нарушений сна включило 19 225 участников 2 исследований NHANES, проведенных в период с 2015 по 2018 гг. В окончательный анализ вошло 11 261 человек. Выраженность депрессии оценивалась с помощью субшкалы депрессии опросника здоровья пациента-9 (Patient Health Questionnaire-9 — PHQ-9). Наличие нарушений сна оценивалось с помощью вопроса о наличии у участника жалоб на сон. Оказалось, что высокий уровень PHQ-9 коррелировал с повышением вероятности нарушений сна (OR = 3.95, 95% CI: 3.35–4.66, P < .0001), при этом взаимосвязь имела U-образную кривую с пиком  на уровне 28, то есть, у участников с уровнем депрессии < 28 риск нарушений сна нарастал пропорционально росту уровня депрессии. У участников, у которых балл по шкале превышал 28, наблюдалась обратная тенденция: риск нарушений сна снижался по мере увеличения показателя депрессии. Анализ подгрупп показал, что такая тенденция сохранялась вне зависимости от пола, возраста, семейного статуса, индекса массы тела. Одним из объяснений U-образной взаимосвязи может быть то, что нарастание утомляемости и сниженной реактивности к внешним стимулам позволяет засыпать быстрее. Необычная зависимость между выраженностью депрессии и риском нарушений сна должна интерпретироваться с осторожностью, так как ранее проведенные исследования показывали линейную связь между этими показателями.

Автор дайджеста: Пчелина Полина Валерьевна

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

09.09.2024

Дайджест по нарушениям дыхания во сне, сентябрь 2024 г.

Оценка факторов риска развития рецидива фибрилляции предсердий у пациентов, перенесших типичную абляцию: многоцентровое пилотное исследование

Yumurtaş A. Ç., Pay L., Tezen O. et al. Evaluation of risk factors for long-term atrial fibrillation development in patients undergoing typical atrial flutter ablation: a multicenter pilot study. Herz. 2024. doi: 10.1007/s00059-024-05261-2.

Фибрилляция предсердий (ФП) является наиболее часто выявляемой cуправентрикулярной аритмией. Даже после успешного восстановления синусового ритма ФП нередко рецидивирует в долгосрочной перспективе. Авторы исследования проанализировали факторы риска, которые независимо предсказывают развитие ФП у пациентов, перенесших типичную абляцию.

В это многоцентровое ретроспективное исследование было включено 442 пациента, которым провели типичную абляцию по поводу ФП. Пациенты наблюдались в среднем 12 месяцев после этой процедуры. 24-часовое холтеровское мониторирование ЭКГ проводилось через 1 месяц, 6 месяцев и 12 месяцев после абляции, а затем с интервалом в 6 месяцев после этого. Пациенты были разделены на тех, у кого в дальнейшем возобновилась ФП, и тех, у кого рецидива не было.

За время наблюдения ФП развилась у 206 (46,6%) пациентов. Возраст, артериальная гипертония (АГ), синдром обструктивного апноэ сна (СОАС), предшествующее острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), размер левого предсердия, тяжелая митральная регургитация, уровень гемоглобина, уровень глюкозы и гликированного гемоглобина в крови оказались значимыми при однофакторном анализе. Согласно многофакторному анализу, АГ (p = 0,014), СОАС (p = 0,008) и предшествующий эпизод ОНМК (p = 0,038) оказались независимо связаны с рецидивом ФП у пациентов, перенесших процедуру абляции.

В настоящем исследовании было установлено, что АГ, СОАС и предшествующее ОНМК независимо повышают вероятность рецидива ФП в долгосрочной перспективе у пациентов, перенесших абляцию. Авторы приходят к заключению, что пациенты с ФП и выявленными факторами риска должны наиболее тщательно наблюдаться после процедуры восстановления у них синусового ритма.

Долгосрочный риск смертности при обструктивном апноэ сна: критическая роль индекса десатурации кислорода

Azakli D., Satici C., Sokucu S. N. et al. Long-term mortality risk in obstructive sleep apnea: the critical role of oxygen desaturation index. Sleep Breath. 2024. doi: 10.1007/s11325-024-03137-7.

Предикторы смертности у пациентов с обструктивным апноэ сна (СОАС) необходимо изучать при долгосрочном наблюдении в больших когортах. В своем исследовании авторы стремились определить независимые предикторы смертности у пациентов с СОАС.

В ретроспективное когортное исследование был включен 3541 пациент с СОАС, а данные о выживаемости были получены из электронных медицинских карт. Демографические характеристики, антропометрические данные, сопутствующие заболевания, лабораторные тесты и параметры полисомнографии были проанализированы для групп выживших и умерших пациентов. Был выполнен однофакторный и многофакторный анализ для определения независимых предикторов смертности от всех причин у пациентов, наблюдавшихся в течение как минимум 5 лет.

В исследование вошел 2551 пациент  (72% пациентов были мужчинами), средний возраст 49,7 лет. 231 (6,5%) пациент умер. Умершие пациенты были значительно старше, имели более выраженное абдоминальное ожирение и тяжесть дневной сонливости по Эпвортской шкале. СОАС, не связанный с положением тела или REM-сном, периодические движения конечностей во сне и наличие ≥ 1 коморбидного заболевания были связаны с повышенной смертностью (p <0,001). Лабораторные признаки системного иммунного воспаления также были значительно выше в группе умерших (p <0,001). Более высокий индекс десатурации кислорода (ИДО2) и индекс апноэ-гипопноэ (ИАГ) были значимо связаны с повышенной смертностью (p <0,001). Из-за высокой корреляции между смертностью, ИДО2 и ИАГ были созданы две отдельные многомерные регрессионные модели. В то время как ИАГ утратил свою значимость в многомерном анализе, роль ИДО2 оставалась значительно выше в группе умерших пациентов (p = 0,01).

Авторы приходят к заключению, что ИДО2 – это единственный полисомнографический параметр, который является независимым предиктором смертности у пациентов с СОАС.

Связь прекращения лечения положительным давлением в дыхательных путях со смертностью и не фатальными сердечно-сосудистыми событиями у пациентов с обструктивным апноэ сна

Sabil A., Launois C., Trzepizur W. et al. Association of positive airway pressure termination with mortality and non-fatal cardiovascular events in patients with obstructive sleep apnoea. Thorax. 2024. doi: 10.1136/thorax-2024-221689.

Рецидив обструктивного апноэ сна (СОАС) после прекращения терапии положительным давлением в дыхательных путях (ПАП) имеет физиологические последствия, которые могут увеличить сердечно-сосудистые риски (ССР). Авторы задались вопросом, связано ли прекращение ПАП-терапии с повышенной частотой серьезных неблагоприятных сердечно-сосудистых событий (НССС) по сравнению с продолжением лечения СОАС.

Использовалась информация из национальной базы данных медицинского страхования для выявления случаев НССС (общей смертности, инсульта и различных сердечно-сосудистых заболеваний) и соблюдения приема сердечно-сосудистых препаратов (бета-блокаторы, гиполипидемические, антигипертензивные и антиагрегантные препараты). Связь прекращения ПАП-терапии с НССС оценивалась с использованием модели Кокса, зависящей от времени, с поправкой на сопутствующие факторы, включая прием сердечно-сосудистых препаратов.

При наблюдении, продолжавшемся в среднем 8 лет, всего у 969 из 4188 пациентов (средний возраст 58 лет, 69,6% мужчин) были зарегистрированы НССС, 1485 прекратили ПАП-терапию, в то время как 2703 продолжили лечение с использованием ПАП-аппарата не менее чем 4 часа за ночь. В группе пациентов, продолжающих ПАП-терапию, 38% соблюдали прием всех рекомендованных сердечно-сосудистых препаратов, в то время как прекратившие лечение соблюдали рекомендации только в 28% случаев (p <0,0001). После корректировки с учетом всех факторов риска, было показано, что прекращение ПАП-терапии связано с повышенным риском НССС (ОШ 1,39; p <0,0001).

Таким образом, необоснованное прерывание ПАП-терапии приводит к возрастанию риска НССС. Авторы делают заключение, что необходимы дополнительные исследования, чтобы определить, могут ли медицинские программы поддержки по соблюдения режима ПАП-терапии улучшить результаты лечения сердечно-сосудистых заболеваний.

Реальная оценка возможности перехода от НИВЛ к СИПАП у пациентов с хронической дыхательной недостаточностью

Mathieu L., Rabec C., Beltramo G. et al. Real-life evaluation of NIV to CPAP switch in patients with chronic respiratory failure. A case control study. Respir. Med. Res. 2024; 86:101114. doi: 10.1016/j.resmer.2024.101114.

Неинвазивная вентиляция легких (НИВЛ) является стандартом лечения хронической гиперкапнической дыхательной недостаточности (ХДН). Синдром обструктивного апноэ сна (СОАС) нередко способствует возникновению гиповентиляции у пациентов с ХДН.  Известно, что СИПАП-терапия уменьшает гиперкапнию у отдельных пациентов с ХОБЛ и ожирением, также как и НИВЛ. Целью исследования было описать профиль пациентов, переходящих с НИВЛ на СИПАП, в когорте пациентов, находящихся на длительной вентиляции легких, и выявить факторы, связанные с успехом такого перевода.

Протокол исследования включал полисомнографию, записанную после отмены НИВЛ в течение трех ночей. Пробная СИПАП-терапия проводилась в случае подтверждения тяжелого СОАС. 88 пациентов стали кандидатами на переход с НИВЛ на СИПАП. 53% пациентов были мужчинами, средний возраст 65 лет и средний ИМТ 34 кг/м2. Пациенты были проверены на предмет рецидива гиповентиляции после 1-ой и 23-ей (14-46) ночи лечения СИПАП.

В результате 64% пациентов были успешно переведены на СИПАП-терапию. При многофакторном анализе вероятность перевода с НИВЛ на СИПАП коррелировала с более пожилым возрастом, ИМТ, этиологией ХПН (ХОБЛ или ожирение), обстоятельствами начала НИВЛ (наличие обострения), более низкой поддержкой давлением и более низким исходным уровнем PaCO2. Среди пациентов, которые в дальнейшем полностью перешли к длительной СИПАП-терапии в домашних условиях, предшествующий уровень поддержки давлением оказался основным фактором, связанным с успехом перехода от НИВЛ к СИПАП, даже после поправки на ИМТ и возраст. Этиология ХДН, возраст, ИМТ, исходный уровень PaCO2, обстоятельства начала НИВЛ и предшествующее время на домашней НИВЛ не были предикторами успешного перехода от НИВЛ к долгосрочной СИПАП-терапии.

Сделан вывод, что перевод с НИВЛ на СИПАП-терапию возможен у стабильных пациентов с ХДН на фоне ожирения или ХОБЛ при наличии у них тяжелого СОАС.

Автор дайджеста: Пальман Александр Давидович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

05.09.2024

Дайджест по расстройствам детского сна, взаимосвязи нарушений сна с новой коронавирусной инфекцией и курением, сентябрь 2024 г.

Роль мелатонина в лечении инсомнии у детей с расстройствами аутистического спектра

O . Bruni , G . Biggio , E . Malorgio, L . Nobili . Insomnia in children affected by autism spectrum disorder: The role of melatonin in treatment. Sleep Med., 2024 Jul . Vol. 119, (6): 511-517

Проведено исследование использования мелатонина у детей расстройствами аутистического спектра (РАС), страдающих инсомнией. Особое внимание уделено эффективности и безопасности лечения мелатонином, что подтверждается существующими исследованиями и действующими рекомендациями. В этом обзоре группа итальянских экспертов проводит анализ различных аспектов лечения инсомнии у детей с РАС, выделяя ключевые моменты, которые могут улучшить качество жизни, как пациентов, так и тех, кто за ними ухаживает.

Препараты на основе мелатонина эффективны и безопасны для лечения инсомнии, связанной с РАС, как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. В частности, мелатонин с пролонгированным высвобождением может стать оптимальным выбором для этой категории пациентов. Этот препарат одобрен для лечения инсомнии у детей и подростков в возрасте от 2 до 18 лет, страдающих расстройствами аутистического спектра и/или синдромом Смита-Магениса, при которых методики коррекции гигиены сна и поведенческого лечения были недостаточными. В подтверждение этого новые исследования в педиатрии указывают на долгосрочную эффективность и безопасность препарата, хотя по-прежнему необходимы дальнейшие исследовательские усилия.

В современных клинических рекомендациях для лечения инсомнии и нарушений сна у детей с РАС комбинация поведенческих и фармакологических методов считается наиболее эффективной. Недавние опасения по поводу случайного приема мелатонина указывают на необходимость соблюдения стандартов. Не рекомендуется использование биологически активных добавок, содержащих мелатонин, так как не все данные добавки содержали заявленное количество действующего вещества.

Изучение соответствия актиграфии и шкалы оценки инсомнии при детском аутизме

Megan L. Wenzell , Cynthia R. Johnson , Luc Lecavalier, Leah Barto , Arielle Mulligan , Auscia Williams, Soo Youn Kim , Nicholas K . Schiltz, Lawrence Scahill. Exploring the Congruence of Actigraphy and the Pediatric Autism Insomnia Rating Scale. Sleep Medicine . 2024 Aug. 30

Инсомния часто встречается у детей с расстройствами аутистического спектра (РАС). Авторами разработана и апробирована шкала оценки инсомнии у детей с данной патологией (PAIRS), состоящая из 21 пункта.

Дети с РАС, как с проблемами сна, так и без них, были обследованы с помощью ряда показателей, полученных от родителей и врачей (N=134). В подгруппе (n=70) с помощью актиграфа, который носили на запястье, измеряли сон в течение пяти ночей подряд. Родители заполняли журналы для оценки интервалов сна. С помощью корреляционного анализа Спирмена оценивались связи с парами и индексами актиграфии (задержка начала сна = SOL, пробуждение во время сна = WASO, общее время сна = TST, индекс эффективности сна = SE%). Данные о “снижении качества сна”, основанные на общем балле в PAIRS (> 33) и общепринятых пороговых значениях для TST и SE%, были оценены с помощью теста Каппы Коэна и теста Макнемара.

Данные актиграфии были получены в среднем за 4,64 ± 0,68 суток у 70 детей (средний возраст = 7,3 ± 2,9 года, 74,3% — мальчики). Значимых корреляций между данными шкалы и какими-либо показателями актиграфии выявлено не было. На TST 48,6% (n=34) и на SE% 52,9% (n=37) были классифицированы как “плохо спящие”, по сравнению с 32,9% (n=23) с выполненными критерями PAIRS (каппа= 0,11 для TST и 0,27 для SE%). P-значения по критерию Макнемара Хи-квадрат для PAIRS с TST и SE% составили 0,07 и 0,01 соответственно.

Эти результаты свидетельствуют о том, что актиграфия и PAIRS-диагностика не согласуются. Актиграфия, которая фиксирует движения и оценивает конкретные параметры сна. PAIRS-диагностика — это более широкий метод измерения, который включает в себя расстройства сна и связанные с ними нарушения.

Нарушения сна после перенесенной инфекции COVID-19 у населения Чехии: национальное онлайн исследование после периода карантина

T . Dvořáková , R. Měrková , J.Bušková. Sleep disorders after COVID-19 in Czech population: Post-lockdown national online survey. Sleep Medicine : X Vol . 6 2023 Dec ;15 ( 8) 100087

В начале пандемии был выявлен нейротропный эффект вируса COVID-19 и его связь с широким спектром неврологических симптомов. Среди наиболее часто регистрируемых неврологических проявлений были выявлены нарушения сна, такие как бессонница, избыточная дневная сонливость, нарушения дыхания во сне и нарушения циркадного ритма.

Исследование было проведено среди 1507 респондентов (средний возраст 44,5 ± 13,1 года, 64,1% женщин), перенесших инфекцию COVID-19, включая период от начала заболевания и до 32 месяцев после (июнь 2021 г. — декабрь 2022 г.). Следует так же учитывать, что на качество сна и режим дня параллельно оказывали влияние наличие карантинных мероприятий, что приводило к росту социальной изоляции, финансового стресса и ограниченного доступа к медицинской помощи. Среди принявших участие в исследовании заболевание COVID-19 протекало у 32,1% (483) пациентов в легкой или бессимптомной форме, у 62,0% (934) отмечалось тяжелое течение острой фазы.

По результатам исследования было выявлено, что нарушения сна либо дебютировали, либо ухудшились у 81,3% пациентов (1223 человека). Женщины сообщали о большем количестве симптомов (2,03 ± 1,44 против 1,72 ± 1,43 у мужчин, р < 0,0001). Наиболее распространенными были симптомы инсомнии (59,4%), так же отмечалась повышенная ночная потливость (38,4%), избыточная дневная сонливость (33,3%), яркие сновидения или ночные кошмары (26,4%), синдром беспокойных ног (СБН) (22,8%) и нарушения дыхания во сне (11,1%). Более выраженная симптоматика нарушений сна отмечалась у лиц перенесших COVID-19 в тяжелой форме. Наблюдалась умеренная тенденция к снижению стойкости симптомов нарушения сна у пациентов с более длительным латентным периодом от момента заражения: 66,7% сообщили, что по крайней мере половина их симптомов присутствует через 3-5 месяцев после острой инфекции, по сравнению с 64,9% через 6-8 месяцев и 62,4% через 9-11 месяцев (р = 0,04). Однако у 69,5% пациентов после 12 и более месяцев лечения более половины симптомов нарушения сна сохранялись. Частота ярких сновидений и ночных кошмаров увеличилась в связи с COVID-19 у 32,9% (р < 0,001). 9,4% (141) сообщили о появлении парасомнических расстройств или усилении проявлений после заражения.

Таким образом, проведенное исследование показывает, что нарушения сна являются распространенным и стойким осложнением течения вирусной инфекции COVID-19, которое поражает значительную часть населения и заслуживает тщательного наблюдения.

Влияние курения на структуру сна и параметры вентиляции легких, включая апноэ: результаты исследования Tab-OSA

Mauries S, Bertrand L, Frija-Masson J, Benzaquen H, Kalamarides S, Sauvage K, Lejoyeux M , d’Ortho MP, Geoffroy PA. Effects of smoking on sleep architecture and ventilator parameters including apneas: Results of the Tab-OSA study. Sleep Med X. 2023 Sep 7;6:100085

Взаимодействие между курением и сном носит двунаправленный характер, но лишь в немногих исследованиях оценивалось влияние курения и отказа от него на объективные параметры сна.  В данной статье проведен анализ структуры сна и вентиляционных параметров сна, в частности, на наличие синдрома апноэ во сне (индекс апноэ-гипопноэ (AHI)≥15) у активных курильщиков и отказавшихся от курения. Пациенты, госпитализированные для полисомнографического исследования сна, были разделены на группы: активные курильщики (AS), бывшие курильщики (FS), некурящие (NoNi). При анализе учитывались сопутствующие психиатрические и непсихиатрические заболевания, а также лечение или употребление психоактивных веществ.

В исследование были включены в общей сложности 170 участников (N = 37 FS, 39 AS, 86 NoNi). У FS и AS наблюдалось значимое снижение среднего уровня сатурации в ночное время по сравнению с NoNi (FS vs NoNi: p = 0.016 and FS vs AS: p = 0.015), сатурация ночью ниже 90% чаще встречалась в группе FS по сравнению с некурящими (FS vs NoNi: p = 0.009). Значимых различий в отношении индекса апноэ-гипопноэ (AHI) обнаружено не было среди всех трех групп.

Что касается структуры сна, отмечалось выраженное уменьшение продолжительности медленноволнового сна (стадии 3) у AS по сравнению с NoNi (p = 0.049), но у лиц бросивших курить и некурящих достоверных различий получено не было.

Группа активных курильщиков имела меньшую продолжительность сна по сравнению с группой некурящих и бросивших курение (AS против FS: p = 0,006 и AS против NoNi: p = 0,020), а также больше нарушений сна (общий балл PSQI >5) по сравнению с группой FS (р = 0,020).

Таким образом, было продемонстрировано, что активные курильщики страдают от изменений как в структуре сна, так и в параметрах вентиляции легких, которые, по-видимому, сохраняются даже после прекращения курения.

Автор дайджеста: Тарасенко Екатерина Сергеевна

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

27.08.2024

Дайджест по расстройствам движений во сне и расстройству поведения в быстром сне, август 2024 г.

Клинический случай синдрома беспокойных ног после амигдалогиппокампэктомии

Eguchi S., Yokotsuka‐Ishida S., Arai Y. et al. Exacerbation of restless legs syndrome following amygdalohippocampectomy: A case report. PCN Rep. 2024 Jun 19;3(2):e213.

Синдром беспокойных ног (СБН) — это сенсомоторное расстройство, характеризующееся неконтролируемым желанием двигать ногами. В периоперационный период у пациентов с СБН может наблюдаться обострение симптомов. Хотя исследований об обострении или первых проявлениях СБН после операции на головном мозге немного, авторы представили случай, когда симптомы ухудшились после амигдалогиппокампэктомии. 58-летняя женщина с диагнозом мезиотемпоральная эпилепсия, сопровождающаяся склерозом левого гиппокампа, перенесла левостороннюю амигдалогиппокампэктомию. Пациентка сообщала о дискомфортных ощущениях в нижних конечностях до операции. Однако желание двигать ногами было умеренным и не отмечалось остальных симптомов СБН согласно стандартным критериям. Симптомы начали усиливаться на пятый день после хирургического лечения, в первую очередь в ногах и спине, с заметным акцентом справа. Лечение прамипексолом облегчило эти симптомы.

Ранее не было выявлено других публикаций, посвященных началу СБН после амигдалогиппокампэктомии. Периоперационные факторы, такие как общая анестезия и железодефицитное состояние из-за кровотечения, были предложены в качестве отягощающих факторов для СБН; однако асимметрия СБН, особенно атипичное одностороннее обострение в этом случае, делает маловероятным, что это было основной причиной. В обзоре литературе, авторы обнаружили отрицательную корреляцию между плотностью опиоидных рецепторов в миндалине (амигдале) и тяжестью СБН, что позволяет предположить, что амигдалогиппокампэктомия способствует обострению симптомов СБН. Этот случай дает ценную информацию о возможном участии опиоидных рецепторов миндалины в патофизиологии СБН и новым подходам в практическом ведении этого состояния.

Взаимосвязь между синдромом дефицита внимания и гиперактивности и синдрома беспокойных ног

Xiao G, Shi H, Lan Q, Hu J, Guan J, Liang Z, Zhou C, Huang Z, Chen Y and Zhou B (2024) Association among attention-deficit hyperactivity disorder, restless legs syndrome, and peripheral iron status: a two-sample Mendelian randomization study. Front. Psychiatry 15:1310259.

Эпидемиологические данные указывают на высокую корреляцию между синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) и синдромом беспокойных ног (СБН). Авторы попытались исследовать причинно-следственную связь и общую генетическую предрасположенность при СДВГ и СБН, а также изучить корреляцию между обоими расстройствами и периферическим статусом обмена железа. Авторы сделали генетическое исследование СДВГ, СБН и периферического статуса обмена железа (уровни сывороточного железа, ферритина, трансферрина и общую железо-связывающую способность). Была подтверждена причинно-следственная связь между СДВГ (как воздействие) и СБН (как исход). И наоборот, они не обнаружили причинно-следственной связи между СБН и СДВГ. Однако, нет доказательств, подтверждающих причинно-следственную связь между периферическим дефицитом железа и началом СБН или СДВГ. Однако синдром беспокойных ног может быть связан с генетической предрасположенностью к снижению уровня ферритина в сыворотке крови.

2 случая REM— и NREM-парасомнии при анти-NMDA-энцефалите

Ribeiro L., Psimaras D., Vollhardt R. et al. REM and NREM Sleep Parasomnia in Anti-NMDA Receptor Encephalitis. Neurol Neuroimmunol Neuroinflamm 2024;11:e200203.

Энцефалит с антителами к рецепторам N-метил-D-аспартата (анти-NMDA) — редкое заболевание, характеризующееся когнитивными и  психотическими нарушениям, судорожным синдромом и двигательными нарушениями. Расстройства поведение во время быстрого сна не было описано при анти-NMDA-энцефалите. Пациенты, принявшие участие в исследовании, наблюдались с помощью видео-полисомнографии. У двух пациентов с анти-NMDA-энцефалитом развились парасомнии в острой и подострой фазах, включая расстройство поведения во время быстрого сна и непрерывную жестикуляцию во время медленного, а затем быстрого сна. Парасомническое расстройство регрессировало на фоне приема габапентина и клоназепама. Авторы заключили, что применение видео-полисомнографии позволяет провести грамотный дифференциальный диагноз между эпилептическими приступами и парасомниями и адекватное лечение.

Определение биомаркеров болезни Альцгеймера и деменции с тельцами Леви при РПБС

Muñoz-Lopetegi A., Baiardi S., Balasa M. et al. CSF markers of neurodegeneration Alzheimer’s and Lewy body pathology in isolated REM sleep behavior disorder. NPJ Parkinsons Dis. 2024 Aug 15;10(1):157.

Авторы настоящего исследования изучили профиль биомаркеров нейродегенеративных заболеваний, болезни Альцгеймера и патологии телец Леви в спинномозговой жидкости 148 пациентов с полисомнографически подтвержденным изолированным расстройством поведения во время быстрого сна (РПБС), состоянием, которое предшествует болезни Паркинсона (БП) и деменции с тельцами Леви (ДТЛ). Они исследовали α-синуклеин (AS), амилоид-бета-пептиды (Aβ42 и Aβ40), фосфорилированный тау (p-тау), общий тау (t-тау) и легкую цепь нейрофиламентов (NfL). Они обнаружили AS у 75,3% пациентов, патологически сниженное соотношение Aβ42/Aβ40 у 22,5%, повышенный p-тау у 15,5%, повышенный t-тау у 14,9% и повышенный NfL у 14,7%. После среднего периода наблюдения 2,48±2,75 лет у 47 (38,1%) пациентов развилась БП (n=24) или ДТЛ (n=23). При сборе ликвора положительный AS и легкие когнитивные нарушения были независимыми предикторами перехода в БП и ДТЛ. Среди других маркеров спинномозговой жидкости только повышенный p-tau/Aβ42 был предиктором конверсии, хотя только в ДТЛ. При РПБС оценка AS в ликворе обеспечивает дополнительную диагностику в определении риска краткосрочной конверсии в БП и ДТЛ независимо от клинических и инструментальных исследований. Положительные маркеры патологии болезни Альцгеймера (БА) и повышенный NfL встречаются в подгруппе пациентов, но p-tau/Aβ42 является единственным маркером, который предсказывает краткосрочную конверсию в ДТЛ. Необходимо более длительное наблюдение, чтобы оценить, возможно ли предвидеть с помощью биомаркеров БА последующее развитие БП и ДТЛ при РПБС.

Автор дайджеста и координатор проекта:

Горбачев Никита Алексеевич.

19.08.2024

Дайджест по гиперсомниям, август 2024 г.

Феномен инерции сна как дифференциальная диагностика гиперсомний

Sung ER, Maness CB, Cook JD, Vascan AM, Moron D, Saini P, Rye DB, Plante DT, Trotti LM. Validation and performance of the sleep inertia questionnaire in central disorders of hypersomnolence. Sleep Med. 2024 Jul 23;121:352-358. doi: 10.1016/j.sleep.2024.07.024. 

Идиопатическая гиперсомния является одним из заболеваний, относящееся к группе гиперсомний центрального генеза. Характерным клиническими проявлениями являются избыточная дневная сонливость, увеличенное время ночного сна (более 11 часов в сутки), а также феномен сонного опьянения (или инерция сна). При этом следует отметить, что во многом идиопатическая гиперсомния по клинической картине схожа с нарколепсией 2 типа, а их дифференциальная диагностика во многом зависит от результатов полисомнографии (ПСГ) и множественного теста латенции ко сну (МТЛС). Однако, помимо длительной продолжительности сна, избыточной дневной сонливости и императивных дневных засыпаний, у пациентов с гиперсомнией также выделяют характерный симптом, называемый инерцией сна.

Инерция сна – это состояние, при которого снижены когнитивные функции, могут возникать поведенческие нарушения (агрессия либо наоборот безынициативность), замедленность моторных реакций, снижение концентрации внимания. Это состояние рассматривают как промежуточное состояние между сном и бодрствованием, возникающее у людей непосредственно после пробуждения. Как для идиопатической гиперсомнии, нарколепсии, так и для здоровых людей характерно состояние инерции сна, возникающее после пробуждения, однако ключевым отличием является продолжительность этого состояния.

В недавно опубликованном исследовании поднимался вопрос о дифференциальной диагностике гиперсомний на этапе опроса с помощью опросника, нацеленного на оценивание продолжительности и тяжести феномена инерции сна (Sleep Inertia Questionnaire). Следует отметить, что данный опросник был разработан в 2000 году, а целью его было оценивание инерции сна у людей с депрессией. В опроснике содержатся 22 вопроса, каждый из которых оценивает тот или иной феномен, характерный для инерции сна, а каждый вопрос ранжирован от 1 до 5 баллов. В исследовании принимали участие 5 групп сравнения: пациенты с идиопатической гиперсомнией (84), нарколепсией 1 типа (16), нарколепсией 2 типа (18), здоровые добровольцы (63) и люди с субъективной сонливостью (88). В результате было выявлено, что наиболее тяжелые феномены инерции сна отмечались у людей с идиопатической гиперсомнией (более 42 баллов). У пациентов с нарколепсией 1 и 2 типов этот феномен был выражен менее ярко, что у пациентов с субъективной избыточной дневной сонливостью, но

Серия клинических из 5 случаев синдрома Клейне-Левина с эффективным лечением

Gantait VV, Paul I, Jamil A, Das A. Kleine Levin syndrome — presentation of five cases. Indian J Psychiatry. 2024 Jun;66(6):581-584. doi: 10.4103/indianjpsychiatry.indianjpsychiatry_983_23. Epub 2024 Jun 19. PMID: 39100370; PMCID: PMC11293773.

Синдром Клене-Левина относится к группе гиперсомний, характерными клиническими проявлениями которого являются периодически возникающая избыточная дневная сонливость с поведенческими и когнитивными проявлениями. Критериями диагностики синдрома Клейне-Левина являются: 2 и более эпизодов избыточной сонливости с продолжительностью сна 20 часов и более, повторение эпизодов не реже чем раз в 18 месяцев, при этом на время эпизода должны присутствовать поведенческие или когнитивные симптомы (амнезия на момент эпизода, гиперфагия, гиперсексуальность, агрессия, раздражительность), а между эпизодами не отмечаются никаких поведенческих и психических нарушений. На данный момент точной патофизиологической картины синдрома Клейне-Левина не существует, также как и не существует эффективной схемы лечения.

В одном из недавно опубликованных исследований была продемонстрирована серия случаев синдрома Клейне-Левина (5 клинических случаев). Дебют симптомов приходился на возраст от 10 до 25 лет, а клинические проявления были следующими: когнитивная дисфункция (5/5), дереализация (4/5), вирусоподобное начало (3/5), гиперфагия (3/5), гиперсексуальность (2/5). Всем людям, принимавшим участие в исследовании, было исключено наличие депрессивных состояний и прочих психических расстройств, в межприступный период при этом никаких отклонений когнитивных и психических функций выявлено не было. Было показано, применение препаратов лития и стимулятора модафинила обладало значительной эффективностью на момент приступа, сокращая его продолжительность и выраженность. Авторы привлекают внимание к чёткой дифференциальной диагностике синдрома Клейне-Левина с психическими расстройствами с циклическим течением.

Новый потенциальный биомаркёр для диагностики нарколепсии

Sanni A, Hakim MA, Goli M, Adeniyi M, Talih F, Lanuzza B, Kobeissy F, Plazzi G, Moresco M, Mondello S, Ferri R, Mechref Y. Serum N-Glycan Profiling of Patients with Narcolepsy Type 1 Using LC-MS/MS. ACS Omega. 2024 Jul 16;9(30):32628-32638. doi: 10.1021/acsomega.4c01593. PMID: 39100283; PMCID: PMC11292663.

Нарколепсия 1 типа является самым распространённым заболеванием спектра гиперсомний центральной этиологии. Среди клинических проявлений нарколепсии 1 типа выделяют избыточную дневную сонливость, нарушенный ночной сон, гипнагогические или гипнапомпические галлюцинации, сонные параличи и катаплексия, являющаяся патогмоничным для нарколепсии 1 типа симптомом. Для диагностики нарколепсии 1 типа необходимо либо проведение ПСГ с последующим МТЛС, либо анализ церебро-спинальной жидкости для определения уровня орексина в церебро-спинальной жидкости. Ранее предпринимались попытки поиска нового биомаркёра для менее затратной и более эффективной диагностики нарколепсии, однако на данный момент значительных результатов достигнуто не было.

В одном из опубликованных исследований снова была предпринята попытка выявления биомаркера для диагностики нарколепсии. Авторами был выбран N-гликан. Всего в исследовании анализировали 121 изомер N-гликанов, при этом были найдены значительные различия в 65 изометрических формах N-гликанов анализа крови у пациентов с нарколепсией в сравнении с анализом крови контрольной группы. Подробное описание изоформ N-гликанов выходит за рамки данного текста, однако следует отметить, что все ранее предпринимаемые попытки поиска биомаркёра, характерного для нарколепсии, не приносили результатов. Поиск нового биомаркёра в крови позволит значительно упростить выявление нарколепсии и избежать феномена отложенной диагностики и несвоевременного начала терапии.

Разработка рекомендация по контролю риска сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с нарколепсией

Kwon Y, Gami AS, Javaheri S, Pressman GS, Scammell TE, Surkin LA, Zee PC. Cardiovascular Risks in People With Narcolepsy: Expert Panel Consensus Recommendations. J Am Heart Assoc. 2024 Aug 9:e035168. doi: 10.1161/JAHA.124.035168. Epub ahead of print. PMID: 39119988.

Феномен повышения риска сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) у пациентов с нарколепсией известен давно, однако до сих пор остаётся не до конца изученной взаимосвязь развития ССЗ с нарколепсией. В исследованиях на животных моделях было показано, что стимуляция ЦНС орексином приводит к повышению ЧСС и артериального давления, следовательно при недостаточном уровне орексина, как это происходит при нарколепсии, напротив ЧСС и АД должны снижаться, что можно рассматривать как протективный фактор в отношении ССЗ. Однако этого не происходит. Одним из предположений возникновения такого феномена является то, что при нарколепсии не только имеет место избыточная дневная сонливость, но и фрагментированный ночной сон. Фрагментация же ночного сна приводит к избыточной активации симпатического отдела вегетативной нервной системы, что приводи к хроническому повышению АД и ЧСС, являющиеся значительным фактором риска ССЗ.

Также следует учитывать не только эндогенные, но и экзогенные факторы. Так, например, назначение препаратов модафинила, СИОЗСН и натрия оксибутирата также вызывают повышение тонуса симпатической нервной системы и, как следствие, повышение риска ССЗ. Также при нарколепсии нередко может встречаться такая коморбидность, как синдром обструктивного апноэ сна (СОАС), что также негативно отражается на последствиях для сердечно-сосудистой системы.

Целью опубликованного обзора было формирование экспертного мнения по контролю и предотвращению риска ССЗ у пациентов с нарколепсией. Так, было сформировано 3 ключевых пункта: регулярный контроль у пациентов с нарколепсией АД и ЧСС независимо от пола и возраста; контроль риска развития у пациента артериальной гипертензии; снижение употребления поваренной соли у пациентов с нарколепсией. Также авторы обзора привлекают внимание к тому, что у пациентов с нарколепсией существует физиологическая предрасположенность к формированию артериальной гипертензии, а также у них могут существовать и другие расстройства сна, приводящие в ССЗ и требующие контроля. Также учитывая более высокую представленность метаболического синдрома у пациентов с нарколепсией стоит регулярно проводить контроль глюкозы крови и гликированного гемоглобина для своевременной диагностики и коррекции сахарного диабета 2 типа.

Не стоит также забывать о самообразовании пациента и обучении пациента регулярного контроля своего состояния здоровья путём формирования привычки регулярного измерения АД и ЧСС, контроля индекса массы тела и содержания в крови глюкозы.

Автор дайджеста: Головатюк Андрей Олегович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич