Роль мелатонина в лечении инсомнии у детей с расстройствами аутистического спектра
O . Bruni , G . Biggio , E . Malorgio, L . Nobili . Insomnia in children affected by autism spectrum disorder: The role of melatonin in treatment. Sleep Med., 2024 Jul . Vol. 119, (6): 511-517
Проведено исследование использования мелатонина у детей расстройствами аутистического спектра (РАС), страдающих инсомнией. Особое внимание уделено эффективности и безопасности лечения мелатонином, что подтверждается существующими исследованиями и действующими рекомендациями. В этом обзоре группа итальянских экспертов проводит анализ различных аспектов лечения инсомнии у детей с РАС, выделяя ключевые моменты, которые могут улучшить качество жизни, как пациентов, так и тех, кто за ними ухаживает.
Препараты на основе мелатонина эффективны и безопасны для лечения инсомнии, связанной с РАС, как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. В частности, мелатонин с пролонгированным высвобождением может стать оптимальным выбором для этой категории пациентов. Этот препарат одобрен для лечения инсомнии у детей и подростков в возрасте от 2 до 18 лет, страдающих расстройствами аутистического спектра и/или синдромом Смита-Магениса, при которых методики коррекции гигиены сна и поведенческого лечения были недостаточными. В подтверждение этого новые исследования в педиатрии указывают на долгосрочную эффективность и безопасность препарата, хотя по-прежнему необходимы дальнейшие исследовательские усилия.
В современных клинических рекомендациях для лечения инсомнии и нарушений сна у детей с РАС комбинация поведенческих и фармакологических методов считается наиболее эффективной. Недавние опасения по поводу случайного приема мелатонина указывают на необходимость соблюдения стандартов. Не рекомендуется использование биологически активных добавок, содержащих мелатонин, так как не все данные добавки содержали заявленное количество действующего вещества.
Изучение соответствия актиграфии и шкалы оценки инсомнии при детском аутизме
Инсомния часто встречается у детей с расстройствами аутистического спектра (РАС). Авторами разработана и апробирована шкала оценки инсомнии у детей с данной патологией (PAIRS), состоящая из 21 пункта.
Дети с РАС, как с проблемами сна, так и без них, были обследованы с помощью ряда показателей, полученных от родителей и врачей (N=134). В подгруппе (n=70) с помощью актиграфа, который носили на запястье, измеряли сон в течение пяти ночей подряд. Родители заполняли журналы для оценки интервалов сна. С помощью корреляционного анализа Спирмена оценивались связи с парами и индексами актиграфии (задержка начала сна = SOL, пробуждение во время сна = WASO, общее время сна = TST, индекс эффективности сна = SE%). Данные о “снижении качества сна”, основанные на общем балле в PAIRS (> 33) и общепринятых пороговых значениях для TST и SE%, были оценены с помощью теста Каппы Коэна и теста Макнемара.
Данные актиграфии были получены в среднем за 4,64 ± 0,68 суток у 70 детей (средний возраст = 7,3 ± 2,9 года, 74,3% — мальчики). Значимых корреляций между данными шкалы и какими-либо показателями актиграфии выявлено не было. На TST 48,6% (n=34) и на SE% 52,9% (n=37) были классифицированы как “плохо спящие”, по сравнению с 32,9% (n=23) с выполненными критерями PAIRS (каппа= 0,11 для TST и 0,27 для SE%). P-значения по критерию Макнемара Хи-квадрат для PAIRS с TST и SE% составили 0,07 и 0,01 соответственно.
Эти результаты свидетельствуют о том, что актиграфия и PAIRS-диагностика не согласуются. Актиграфия, которая фиксирует движения и оценивает конкретные параметры сна. PAIRS-диагностика — это более широкий метод измерения, который включает в себя расстройства сна и связанные с ними нарушения.
Нарушения сна после перенесенной инфекции COVID-19 у населения Чехии: национальное онлайн исследование после периода карантина
T . Dvořáková , R. Měrková , J.Bušková. Sleep disorders after COVID-19 in Czech population: Post-lockdown national online survey. Sleep Medicine : X Vol . 6 2023 Dec ;15 ( 8) 100087
В начале пандемии был выявлен нейротропный эффект вируса COVID-19 и его связь с широким спектром неврологических симптомов. Среди наиболее часто регистрируемых неврологических проявлений были выявлены нарушения сна, такие как бессонница, избыточная дневная сонливость, нарушения дыхания во сне и нарушения циркадного ритма.
Исследование было проведено среди 1507 респондентов (средний возраст 44,5 ± 13,1 года, 64,1% женщин), перенесших инфекцию COVID-19, включая период от начала заболевания и до 32 месяцев после (июнь 2021 г. — декабрь 2022 г.). Следует так же учитывать, что на качество сна и режим дня параллельно оказывали влияние наличие карантинных мероприятий, что приводило к росту социальной изоляции, финансового стресса и ограниченного доступа к медицинской помощи. Среди принявших участие в исследовании заболевание COVID-19 протекало у 32,1% (483) пациентов в легкой или бессимптомной форме, у 62,0% (934) отмечалось тяжелое течение острой фазы.
По результатам исследования было выявлено, что нарушения сна либо дебютировали, либо ухудшились у 81,3% пациентов (1223 человека). Женщины сообщали о большем количестве симптомов (2,03 ± 1,44 против 1,72 ± 1,43 у мужчин, р < 0,0001). Наиболее распространенными были симптомы инсомнии (59,4%), так же отмечалась повышенная ночная потливость (38,4%), избыточная дневная сонливость (33,3%), яркие сновидения или ночные кошмары (26,4%), синдром беспокойных ног (СБН) (22,8%) и нарушения дыхания во сне (11,1%). Более выраженная симптоматика нарушений сна отмечалась у лиц перенесших COVID-19 в тяжелой форме. Наблюдалась умеренная тенденция к снижению стойкости симптомов нарушения сна у пациентов с более длительным латентным периодом от момента заражения: 66,7% сообщили, что по крайней мере половина их симптомов присутствует через 3-5 месяцев после острой инфекции, по сравнению с 64,9% через 6-8 месяцев и 62,4% через 9-11 месяцев (р = 0,04). Однако у 69,5% пациентов после 12 и более месяцев лечения более половины симптомов нарушения сна сохранялись. Частота ярких сновидений и ночных кошмаров увеличилась в связи с COVID-19 у 32,9% (р < 0,001). 9,4% (141) сообщили о появлении парасомнических расстройств или усилении проявлений после заражения.
Таким образом, проведенное исследование показывает, что нарушения сна являются распространенным и стойким осложнением течения вирусной инфекции COVID-19, которое поражает значительную часть населения и заслуживает тщательного наблюдения.
Влияние курения на структуру сна и параметры вентиляции легких, включая апноэ: результаты исследования Tab-OSA
Mauries S, Bertrand L, Frija-Masson J, Benzaquen H, Kalamarides S, Sauvage K, Lejoyeux M , d’Ortho MP, Geoffroy PA. Effects of smoking on sleep architecture and ventilator parameters including apneas: Results of the Tab-OSA study. Sleep Med X. 2023 Sep 7;6:100085
Взаимодействие между курением и сном носит двунаправленный характер, но лишь в немногих исследованиях оценивалось влияние курения и отказа от него на объективные параметры сна. В данной статье проведен анализ структуры сна и вентиляционных параметров сна, в частности, на наличие синдрома апноэ во сне (индекс апноэ-гипопноэ (AHI)≥15) у активных курильщиков и отказавшихся от курения. Пациенты, госпитализированные для полисомнографического исследования сна, были разделены на группы: активные курильщики (AS), бывшие курильщики (FS), некурящие (NoNi). При анализе учитывались сопутствующие психиатрические и непсихиатрические заболевания, а также лечение или употребление психоактивных веществ.
В исследование были включены в общей сложности 170 участников (N = 37 FS, 39 AS, 86 NoNi). У FS и AS наблюдалось значимое снижение среднего уровня сатурации в ночное время по сравнению с NoNi (FS vs NoNi: p = 0.016 and FS vs AS: p = 0.015), сатурация ночью ниже 90% чаще встречалась в группе FS по сравнению с некурящими (FS vs NoNi: p = 0.009). Значимых различий в отношении индекса апноэ-гипопноэ (AHI) обнаружено не было среди всех трех групп.
Что касается структуры сна, отмечалось выраженное уменьшение продолжительности медленноволнового сна (стадии 3) у AS по сравнению с NoNi (p = 0.049), но у лиц бросивших курить и некурящих достоверных различий получено не было.
Группа активных курильщиков имела меньшую продолжительность сна по сравнению с группой некурящих и бросивших курение (AS против FS: p = 0,006 и AS против NoNi: p = 0,020), а также больше нарушений сна (общий балл PSQI >5) по сравнению с группой FS (р = 0,020).
Таким образом, было продемонстрировано, что активные курильщики страдают от изменений как в структуре сна, так и в параметрах вентиляции легких, которые, по-видимому, сохраняются даже после прекращения курения.
Автор дайджеста: Тарасенко Екатерина Сергеевна
Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич