Новости

07.07.2025

Дайджест по инсомниям, июль 2025 г.

ГАМК-синтезирующие пробиотики для улучшения сна

Jiang Y, Guo L, He H, Chen H, Chen T, Liu Y, Zhao W. Lactobacillus reuteri E9 Regulates Sleep Disorders Through Its Metabolite GABA. Front Biosci (Landmark Ed). 2025 Jun 26;30(6):39587. doi: 10.31083/FBL39587.

В научной литературе растёт количество данных о связи микробиоты кишечника и головного мозга. Ось микробиота-кишечник-мозг обеспечивает двустороннюю связь между желудочно-кишечным трактом и центральной нервной системой посредством регуляции иммунных процессов, стимуляции окончаний блуждающего нерва, синтеза нейротрансмиттеров и гормонов. Пробиотики, оказывающие психическое и поведенческое действие через ось микробиота-кишечник-мозг (психобиотики), обладают широким терапевтическим потенциалом. Один из таких пробиотиков, нетоксичный, устойчивый к лекарствам штамм Lactobacillus reuteri E9, вырабатывающий гамма-аминомасляную кислоту (ГАМК) был оценен на животной модели расстройства сна – рыбках данио. Штамм Lactobacillus reuteri E9 достоверно повышал уровни тормозных нейромедиаторов, включая ГАМК, глицин и серин (p < 0,05). У рыбок данио с нарушениями сна, спровоцированными введением пентиленэтетразола, пробиотик проявлял седативный эффект, снижая судороги и гиперактивность. Одновременно наблюдалось повышение экспрессии генов рецепторов ГАМК и мелатонинового рецептора (Mtnr1aa) в нервной ткани рыбок. Исследуемый пробиотик и направление медицины, сфокусированное на оси микробиом-кишечник-мозг является перспективной альтернативой традиционным методам лечения.

Ассоциация «бессонных» ночей и низкой глубины сна

Laroche D, Vallières A, Bastien CH. Conditional Probability of Observing a Poor Night According to Sleep Depth Among Individuals With Insomnia. J Sleep Res. 2025 Jul 3:e70132. doi: 10.1111/jsr.70132. 

У пациентов с бессонницей часто отмечается убеждение о том, что если с ними случилась одна бессонная ночь, то следующие несколько ночей тоже будут бессонными. Несмотря на то, что это убеждение противоречит двухфакторной модели регуляции сна и накоплению давления сна, оно может быть основано на предыдущем опыте пациентов. В исследовании D. Laroche и соавт. проанализировали, какие факторы увеличивают вероятность повторения «плохой» ночи после одной, двух или трёх подряд бессонных ночей. 30 участников исследования с инсомнией заполняли онлайн-дневники сна в течение 21 последовательной ночи и прошли семидневную домашнюю полисомнографию, начиная с 1-й, 8-й или 15-й ночи ведения дневника сна. Сбор полисомнографических данных в течение 7 ночей позволил объективизировать жалобы на последовательные бессонные ночи. Первичной конечной точкой была условная вероятность наступления плохой ночи после одной, двух или трёх подряд плохих ночей. Глубина сна оценивалась с использованием индекса Odds Ratio Product, варьирующего от 0 до 2,5, где 0 соответствует более глубокому сну. Для выявления паттернов сна проводился кластерный анализ. Также применялись корреляционный анализ Пирсона и дисперсионный анализ (ANOVA) для оценки взаимосвязи между характеристиками сна и вероятностью плохой ночи. Анализ показал, что условная вероятность наступления «плохой» ночи после одной, двух или трёх подряд «плохих» ночей возрастала при увеличении объективного и субъективного времени бодрствования после засыпания (WASO), общего времени бодрствования (TWT) за время полисомнографии и сонливости перед сном. Также вероятность увеличивалась при снижении глубины сна и при снижении субъективной эффективности сна (SE). Таким образом, у пациентов, у которых вероятность последовательного возникновения плохих ночей высока, как правило, наблюдается сниженная глубина сна. Причиной поддержания плохого сна может быть корковое и физиологическое возбуждение.

Транскраниальная магнитная стимуляция при постинсультной бессоннице

Sun SZ, Yuan F, Song LX, Liu XZ, Zhong T, Zhu DL, Chen KY, Wang WC, Li RY. Effectiveness and safety of different electromagnetic stimulation therapies in treating post-stroke insomnia: A network meta-analysis of randomized controlled trials. PLoS One. 2025 Jul 3;20(7):e0327544. doi: 10.1371/journal.pone.0327544. 

Неинвазивная стимуляция мозга активно используется  в реабилитации после инсульта. Однако её эффективность при бессоннице остаётся сомнительной. Постинсультная бессонница развивается у половины пациентов в остром периоде инсульта и является значимым фактором, ухудшающим качество жизни и реабилитацию пациентов. Определенная локализация инсульта повышает риски развития инсомнии – таламус, гипоталамус, базальные отделы лобной доли, префронтальная кора головного мозга, мост.  Для оценки эффективности и безопасности неинвазивной стимуляции мозга в лечении постинсультной инсомнии был проведен сетевой мета-анализ. Были проанализированы базы данных PubMed, Embase, Cochrane Library, APA PsycInfo, Китайская национальная база знаний (CNKI), Wanfang и SinoMed на наличие рандомизированных контролируемых исследований (РКИ) по неинвазивной стимуляции мозга при постинсультной инсомнии до сентября 2024 года. Для оценки качества включенных РКИ использовался инструмент оценки риска смещения Cochrane. Мета-анализ выполнялся с использованием программного обеспечения Stata. В анализ были включены 28 РКИ с участием 2353 пациентов, охватывающие 12 различных терапевтических подходов и группы сравнения, получавшие либо фиктивную стимуляцию либо стандартное медикаментозное лечение. Основным показателем эффективности был Питтсбургский индекс качества сна (ПИКС). В анализе использовался показатель площади под кривой накопленного ранжирования (surface under the cumulative ranking — SUCRA). Чем выше значение SUCRA, тем больше площадь под кривой на графике накопленного ранжирования вероятностей, что указывает на более высокую эффективность вмешательства. Для ПИКС этот показатель распределялся следующим образом: наиболее эффективной оказалась краниальная электростимуляция > низкочастотная повторяющаяся транскраниальная магнитная стимуляция (НЧ-рТМС) > инфранизкочастотная рТМС > стимуляция фастигиального ядра > транскраниальная стимуляция постоянным током (tDCS) > низкочастотная электрическая стимуляция (НЧЭС) > высокочастотная рТМС > среднечастотная рТМС > плацебо-стимуляция > стандартное лечение. Клиническая общая эффективность, оцениваемая по совокупности ПИКС, шкале депрессии Гамильтона и шкале тяжести инсульта Национального института здоровья США (NIHSS) распределялась следующим образом: НЧ-рТМС > стимуляция фастигиального ядра > инфранизкочастотная рТМС > НЧЭС > стандартное лечение > повторная транскраниальная иглорефлексотерапия. Проведенный анализ имеет ряд ограничений: большое количество работ низкого качества может искажать результаты; ограниченное число исследований каждой модальности стимуляции не позволило провести подгрупповой анализ. Такие важные сведения, как локализация инсульта и время его начала, часто не указывались, что увеличивает риск неоднородности и непоследовательности данных. Детальный подгрупповой анализ в зависимости от стадии и локализации инсульта может дать более значимые клинические результаты.

Автор дайджеста: Пчелина Полина Валерьевна

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

E-mail: mail@rossleep.ru

Сайт: www.rossleep.ru

30.06.2025

Дайджест по нарушениям дыхания во сне, июнь 2025 г.

Изучение эффективности неполисомнографических методов диагностики нарушений сна в прогнозировании диагноза синдрома обструктивного апноэ сна

Güngör K., Gülbay B., Acican T. Investigating the effectiveness of nonpolysomnography diagnostic methods used in sleep disorders in predicting the diagnosis of obstructive sleep apnea syndrome. Tuberk Toraks. 2025;73(2):102-111.

Синдром обструктивного апноэ сна (СОАС) характеризуется повторяющимися апноэ и гипопноэ, которые вызывают снижение сатурации кислородом во время сна. Мужской пол, пожилой возраст, ожирение, большая окружность шеи и артериальная гипертония (АГ) увеличивают вероятность СОАС. Инструментальная диагностика важна с точки зрения прогноза и выбора соответствующего лечения. Полисомнография (ПСГ) является золотым стандартом диагностики, но это дорогостоящая и трудоемкая процедура, для которой требуется специальное оборудование, поэтому необходим правильный отбор пациентов, которые направляются на такое обследование.

В этом исследовании авторы сравнивали диагностическую ценность Берлинского опросника сна, опросника STOP-BANG и Эпвортской шкалы сонливости в прогнозировании диагноза СОАС. В исследование были включены 136 пациентов (82 были мужчинами, средний возраст 50,9 лет), прошедших ПСГ в отделении медицины сна. Пациенты заполняли перечисленные опросники, а потом результат сравнивался с индексом апноэ-гипопноэ, полученным при проведении ПСГ.

В итоге наиболее диагностически эффективным для прогнозирования диагноза СОАС был признан опросник STOP-BANG, несколько хуже оказался Берлинский опросник и наименьшую диагностическую ценность продемонстрировала Эпвортская шкала сонливости.

Был сделан вывод, что опросник STOP-BANG, который включает такие параметры, как симптомы, возраст, индекс массы тела, окружность шеи и наличие артериальной гипертонии, является наиболее эффективным инструментом при отборе пациентов для последующего обследования и может помочь врачам точнее прогнозировать диагноз СОАС у своих пациентов.

Лечение апноэ сна у пожилых пациентов с помощью постоянного положительного давления в дыхательных путях: систематический обзор и мета-анализ

Soltaninejad F., Golastaneh R., Ghahfarokhi P.I.et al. Continuous positive airway pressure treatment for sleep apnea in elderly patients systematic review and meta-analysis. Sleep Breath. 2025; 29(3):210.

Целью данного исследования был обзор литературы, опубликованной в 2015–2024 годах, посвященной результатам лечения обструктивного апноэ сна (ОАС) постоянным положительным давлением в дыхательных путях (СИПАП) у пожилых людей.

Авторы провели мета-анализ исследований, оценивающих результаты СИПАП-терапии по сравнению с обычным лечением у пациентов старше 65 лет с ОАС средней тяжести или тяжелым. Оценивались изменения дневной сонливости (по Эпвортской шкале), результаты когнитивных тестов, качество жизни, связанное со сном и смертность.

Авторы нашли 229 исследований в различных базах данных, из которых были отобраны 13, включавшие 14880 участников. СИПАП-терапия приводила к значительному уменьшению сонливости, тревожности и депрессии. Также было отмечено снижение уровня смертности. Преимущества лечения были особенно очевидны при регулярном лечении в течении четырех часов и более, особенно в отношении дневной сонливости.

Сделано заключение, что СИПАП-терапия значительно уменьшает дневную сонливость, улучшает качество жизни, связанное со сном, когнитивные функции и уменьшает смертность у пожилых людей. Более крупные, хорошо структурированные рандомизированные контролируемые исследования с участием пациентов, соблюдающих режим лечения, необходимы для получения надежных доказательств эффективности СИПАП-терапии у пожилых людей, учитывая сопутствующие возрастные заболевания, когнитивные нарушения и нейропсихологические проблемы.

Бикарбонат в анализе газов артериальной крови как предиктор гиповентиляции, связанной со сном: исследование диагностической точности

Pocrncic S., Herzig J.J., Benning L. et al. Bicarbonate from arterial blood gas analysis as predictor of sleep-related hypoventilation: a diagnostic accuracy study. BMJ Open Respir. Res. 2025;12(1):e002591.

Бикарбонат выше верхней границы нормы часто используется как индикатор гиповентиляции, связанной со сном, у пациентов с ожирением или нервно-мышечными заболеваниями.

Целью исследования было оценить диагностическую точность, чувствительность и специфичность уровня бикарбоната из дневного анализа газов артериальной крови как маркера гиповентиляции, связанной со сном, установленной до этого с помощью транскутанной ночной капнометрии.

В результате у 510 пациентов (возраст 52±15 лет, ИМТ 34±10 кг/м2) чувствительность HCO3- 26,5 ммоль/л и 27,0 ммоль/л составила 61,0% и 54,1% соответственно, а специфичность 71,3% и 79,6% соответственно. Повышение HCO3- в состоянии бодрствования было связано с более высокой вероятностью ночной гиповентиляции (отношение шансов 1,4).

Сделан вывод, что чувствительность повышенного содержания бикарбоната из анализа газов артериальной крови в состоянии бодрствования с использованием принятых пороговых значений, таких как 27 ммоль/л, является лишь умеренной, и бикарбонат как часть оценки гиповентиляции во сне должен интерпретироваться в контексте других признаков. Нормальный уровень бикарбоната в бодрствовании не исключает гиповентиляцию во сне.

Дифференциальная диагностика хронической обструктивной болезни легких и синдрома ожирения-гиповентиляции у пациентов с гиперкапнической дыхательной недостаточностью

Çiftçioğlu U., Kerget B., Akgün M. Differential diagnosis of chronic obstructive pulmonary disease and obesity hypoventilation syndrome in patients presenting with hypercapnic respiratory failure. Sleep Breath. 2025; 29(3):201.

Дифференциальная диагностика хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ) и синдрома ожирения-гиповентиляции (СОГ) важна, чтобы избежать неправильного лечения. Целью данного исследования было сравнение лабораторных и клинических признаков этих двух заболеваний.

В исследование были включены госпитализированные пациенты с гиперкапнической дыхательной недостаточностью. Сравнивались клинические данные и лабораторные параметры пациентов при поступлении. Для оценки риска апноэ во сне использовались опросник STOP-Bang и Берлинский опросник сна, а одышка оценивалась с помощью модифицированной шкалы Борга. Также оценивалась динамика клинических показателей и газового состава крови в ходе последующего наблюдения.

В результате у пациентов с СОГ было более высокое диастолическое артериальное давление, баллы STOP-Bang, частота высокого риска апноэ согласно Берлинскому опроснику сна и частота легочной гипертензии (ЛГ) по сравнению с группой ХОБЛ (p <0,001).  Окружность талии, уровень триглицеридов и частота метаболического синдрома также были выше в группе СОГ (p <0,001). Высокий балл Берлинского опросника сна и индекс массы тела (ИМТ) были основными маркерами СОГ, в то время как признаки бронхиальной обструкции были типичной характеристикой для ХОБЛ. Оценка лишь этих трех параметров вместе позволила провести дифференциальную диагностику в 85% случаев.

Сделано заключение, что у пациентов с СОГ, у которых наблюдается гиперкапническая дыхательная недостаточность, может быть ошибочно диагностирована ХОБЛ из-за схожести клинической картины. Практическим врачам в первую очередь следует рассматривать вероятность СОГ у пациентов с высоким ИМТ, повышенным риском апноэ во сне и отсутствием признаков бронхиальной обструкции при физикальном исследовании.

Автор дайджеста: Пальман Александр Давидович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

24.06.2025

Дайджест по нарушениям сна у детей, июнь 2025 г.

Снижение веретен сна у детей с синдромом Дауна и дыхательными нарушениями во сне

Shetty M., Davey M.J., Nixon G.M., et al. Sleep spindles are reduced in children with Down syndrome and sleep-disordered breathing. Pediatr Res. 2024 Jul;96(2):457-470. doi: 10.1038/s41390-023-02854-1.

У детей с синдромом Дауна (СД) отмечается повышенный риск развития дыхательных нарушений во сне. В данной работе исследовали активность веретен сна, как маркер качества сна и ее связь с дневным функционированием у пациентов с СД по сравнению с типично развивающимися (ТР) детьми.

44 ребенка с СД и сопутствующими дыхательными расстройствами во сне отобрали по возрасту, полу и степени тяжести нарушений дыхания во сне. Веретена сна определялись вручную при расшифровке полисомнограммы во время медленноволнового (N2/N3) сна. Активность веретен характеризовалась как общее количество веретен, их плотность (эпиз./час) и интенсивность (плотность × средняя продолжительность) в центральных и фронтальных отведениях.

В результате обнаружилось, что у больных с СД активность веретен сна была ниже по сравнению с ТР детьми (p <0,001). Активность веретен отрицательно коррелировала с нарушениями дыхания во сне, а также с дневным функционированием у детей с СД.

Авторы сделали вывод, что снижение активности веретен сна у больных с СД может быть в основе развития дыхательных нарушений во время сна и негативно влияет на качество жизни пациентов.

Группа исследователей окружающей среды и здоровья детей в Японии: бруксизм связан с короткой продолжительностью сна у детей с расстройствами аутистического спектра

Tsuchiya M., Tsuchiya S., Momma H. et al. Japan Environment and Children’s Study Group. Bruxism associated with short sleep duration in children with autism spectrum disorder: The Japan Environment and Children’s Study. PLoS One. 2024 Dec 6;19(12):e0313024. doi: 10.1371/journal.pone.0313024.

Бруксизм сна является частой проблемой у детей с расстройствами аутистического спектра (РАС). В данной работе оценили влияние снижения продолжительности сна на неонатальном этапе жизни на симптомы бруксизма сна у детей с РАС. Распространенность РАС и бруксизма у участников составила 1,2% и 7,2%, соответственно, а отношение шансов повышенного риска распространенности бруксизма у лиц с РАС (95% доверительный интервал) составило 1,59 (1,31–1,94). Обнаружено, что более короткая продолжительность сна в неонатальном периоде (в возрасте одного месяца) была связана с повышенным риском распространенности бруксизма у лиц с РАС. Согласно мнению авторов, особое внимание следует уделять качеству сна у детей в неонатальном периоде, особенно у детей с РАС, поскольку это может способствовать снижению риска развития бруксизма сна.

Психопатология и NREM-парасомнии: систематический обзор

Tomic T., Mombelli S., Oana S. et al. Psychopathology and NREM sleep parasomnias: A systematic review. Sleep Med Rev. 2025 Apr;80:102043. doi: 10.1016/j.smrv.2024.102043.

NREM-парасомнии – это расстройства, характеризующиеся атипичными двигательными и эмоциональными реакциями, возникающими в период глубокого «медленного» сна, происхождение которых связано с множеством внутренних и внешних факторов. Роль психопатологических факторов в развитии NREM-парасомний остается дискуссионным вопросом среди врачей и ученых. В связи с этим в данном обзоре предпринята попытка проанализировать возможные взаимосвязи между этими состояниями. В базах данных PubMed, Scopus, Embase и Web of Science были изучены исследования, в которых рассматривались психопатологические аспекты NREM-парасомний у детей и взрослых. Установлено, что эти нарушения часто встречаются при NREM-парасомниях. И наоборот, NREM-парасомнии чаще встречаются среди пациентов с различными психическими состояниями, чем в общей популяции. По оценке экспертов, психологические аспекты должны стать основным направлением исследований и стратегий лечения NREM-парасомний у детей и взрослых.

Параметры сна и качество жизни детей с моносимптоматическим ночным энурезом: анализ взаимосвязи, прогнозирования и модерации

Soster L., Rafihi-Ferreira R., Fagundes S. et al. Sleep Parameters and Quality of Life in Children with Monosymptomatic Nocturnal Enuresis: Association, Prediction and Moderation Analysis. Int J Environ Res Public Health. 2025 May 13;22(5):765. doi: 10.3390/ijerph22050765.

Моносимптомный ночной энурез (МНЭ) часто считается доброкачественным состоянием, однако он может существенно влиять на качество жизни детей. Целью данного исследования было изучение взаимосвязи между параметрами сна, полученными с помощью полисомнографии, и качеством жизни детей с МНЭ.

В исследовании приняли участие 44 ребенка в возрасте от 8 до 12 лет с диагнозом МНЭ. У всех детей проводилась полисомнографическое исследование. Для оценки показателей качества жизни использовался педиатрический опросник оценки качества жизни (PedsQL).

В результате было обнаружено, что высокая частота микропробуждений было ассоциировано с более низкими баллами в физической (B = -3,28, p = 0,01) и социальной (B = -3,50, p = 0,004) сферах, а более высокий процент 2 стадии NREM-сна – с лучшими показателями социального (B = 0,69, p = 0,03) и школьного функционирования (B = 0,88, p = 0,03).

Результаты подчеркивают важность непрерывного сна для качества жизни детей с МНЭ.

Автор дайджеста: Центерадзе Серго Леванович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

17.06.2025

Сомнологи Москвы

  1. Лутохин Глеб Михайлович (клиника Семейная, Каширское ш. д.56, к.1)
  2. Карабанова Елена Петровна (клиника Medical Star, Ореховый бульвар д.7, к.1)
  3. Кулешов Андрей Владимирович (клиника пульмонологии Интеграмед, Мажоров пер. д.7)
  4. Белозерова Наталья Валерьевна (ЦКБ РЖД-Медицина, Волоколамское ш., д.84, стр. 4)
  5. Агальцов Михаил Викторович (НМИЦ терапии и профилактической медицины, Петроверигский пер. д.10, стр.3)
  6. Царева Елена Вячеславовна (Клиника К+31, ул. Лобачевского д.42, стр.4)
  7. Кутузов Руслан Рафаилович (Медицинский центр Кутузова Р.Р., проспект Мира, д.150)
  8. Белов Александр Михайлович (Объеденная больница с поликлиникой Управления делами Президента РФ, Мичуринский просп. д.6)
  9. Новиков Максим Сергеевич (клиника Хадасса Медикал Москва в Сколково, Большой бульвар д.46, стр.1)
  10. Венгржиновская Оксана Игоревна (Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии, ул. Дмитрия Ульянова д.11)
  11. Сурненкова Татьяна Алексеевна (Медицинский центр Медси, ул. Красная Пресня д.16)
  12. Катышев Алексей Михайлович (Медицинский центр Знакомый Доктор, ул. Профсоюзная д.43, к.2)
  13. Исаев Руслан Ибрагимович (Российский геронтологический научно-клинический центр, 1-я ул. Леонова д.16, стр.7)
  14. Пальман Александр Давидович (Университетская клиническая больница №1, ул. Большая Пироговская д.6 стр.1)
  15. Шашенков Иван Васильевич (Международный институт психосоматического здоровья, ул. Неглинная д.14, стр.1А)
  16. Калинкин Александр Леонидович (Медицинский научно-образовательный центр МГУ имени М. В. Ломоносова, Ломоносовский просп. д.27, к.10)
  17. Ханукаева Зоя Борисовна (Национальный медицинский исследовательский центр оториноларингологии, Волоколамское ш. д.30, к.2)
  18. Михайлова Оксана Олеговна (Национальный медицинский исследовательский центр кардиологии имени академика Е. И. Чазова, ул. Академика Чазова д.15А, стр.3)
  19. Бурмицкая Юлия Вадимовна (Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии, ул. Дмитрия Ульянова д.11)
  20. Бонадыкова Валерия Александровна (Скандинавский центр Здоровья, 2-я Кабельная ул. д.2, стр.37)
  21. Отставнова Юлия Юрьевна (Клиническая больница № 1 Управления делами Президента РФ, Староволынская ул. д.10)
  22. Ляшенко Елена Александровна (Клиника Рассвет, Столярный пер. д.3, к.2)
  23. Корвяков Сергей Александрович (НКЦ №2 ФГБНУ «РНЦХ им. акад. Б.В. Петровского», Литовский бульвар, д. 1А)
  24. Галеева Ирина Павловна (Клиника Рассвет, Столярный пер. д.3, к.2)
  25. Филин Александр Александрович (Клиника Семейная, Хорошёвское ш. д.80)
  26. Литвин Александр Юрьевич (Национальный медицинский исследовательский центр кардиологии имени академика Е. И. Чазова, ул. Академика Чазова д.15А, стр.3)
  27. Баранова Елена Анатольевна (Федеральный центр мозга и нейротехнологий ФМБА России, ул. Островитянова д.1, стр.10)
  28. Тардов Михаил Владимирович (Научно-исследовательский клинический институт оториноларингологии им. Л. И. Свержевского, Загородное ш. д.18А, стр.2)
  29. Дуйкин Дмитрий Владимирович (Национальный медицинский исследовательский центр оториноларингологии, Волоколамское ш. д.30, к.2)
  30. Бузунов Роман Вячеславович (Центр медицины сна на базе клиники реабилитации в Хамовниках, ул. Ефремова д.12, стр.2)
  31. Арсентьева Надежда Тимофеевна (НМИЦ терапии и профилактической медицины, Петроверигский пер. д.10, стр.3)
  32. Коробкова Ирина Григорьевна (клиника Семейный Доктор, бульвар Генерала Карбышева д.13, к. 1)
  33. Лигун Наталья Владимировна (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  34. Хорошилова Инесса Игоревна (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  35. Мамонова Марианна Игоревна (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  36. Обманов Иван Васильевич (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  37. Богуш Ольга Евгеньевна (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  38. Альбеева Зульфия Рамиловна (Центр компетенции «Сомнология» медицинского центра Медси, Мичуринский просп. д.56, стр.1)
  39. Ковров Геннадий Васильевич (Медицинский центр Медси, ул. Красная Пресня д.16)
  40. Тарасенко Екатерина Сергеевна (Университетская детская клиническая больница, ул. Большая Пироговская д.19, стр.1)
  41. Зинчева Ольга Владимировна (СМ-Клиника, ул. Лесная д.57, стр.1)
  42. Осипова Ольга Валерьевна (Национальный медицинский иссле­довательский центр здоровья детей, Ломоносовский просп. д.2, стр.1)
  43. Завалко Ирина Михайловна (Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Российский центр неврологии и нейронаук», Волоколамское ш., д.80, стр.1)
  44. Легейда Ирина Витальевна (ФГБУ Клинический санаторий Барвиха, пос. Барвиха, вл.1)
  45. Бурко Надежда Валерьевна (Медицинский центр династии Гончаровых, ул. Александра Солженицына д.17, стр.1)
  46. Пульмонологические отделение (МКНЦ им. А.С. Логинова, ул. Новогиреевская д.1/1)
  47. Чекмарева Ирина Александровна (Клиника Семейная, ул. Фестивальная д.4)
  48. Лебедев Владислав Витальевич (Национальный медицинский иссле­довательский центр здоровья детей, Ломоносовский просп. д.2, стр.1)
  49. Отделение медицины сна (зав. отделением — доц., к.м.н. Полуэктов М.Г., врачи отделения — к.м.н., врач-невролог Стрыгин Кирилл Николаевич, к.м.н., врач-невролог Горбачев Никита Алексеевич, врач-невролог Центерадзе Серго Леванович, клиника нервных болезней им. А.Я. Кожевникова, ул. Россолимо д.11, стр.1)
  50. Пульмонологические отделение (зав. отделением — к.м.н., врач-пульмонолог Мержоева Замира Магомедовна Университетская клиническая больница №4, ул. Доватора д.15, стр.1)
16.06.2025

Дайджест по двигательным нарушениям во сне, июнь 2025 г.

Почему препараты дофаминергического ряда больше не рекомендованы к лечению синдрома беспокойных ног в качестве первой линии терапии?

Diego Garcia-Borreguero , David Anguizola , Catalina Carvallo , Alejandro Lopez et al. Subclinical Augmentation in Relation to Previous Dopaminergic Treatment in Patients with Restless Legs Syndrome: A Post Hoc Analysis of Two Randomized, Placebo-Controlled, Crossover Trials. CNS Drugs. 2025 Jun 4. doi: 10.1007/s40263-025-01192-6

Синдром беспокойных ног (СБН) — распространенное сенсомоторное расстройство, характеризующееся желанием двигать ногами, в ряде случаев – неприятными ощущениями в состоянии покоя и в ночное время. Среди осложнений длительной дофаминергической терапии выделяют феномен аугментации. Он выражается в парадоксальном усилении на фоне повышения дозы вышеуказанных препаратов. Аугментации предшествует постепенное снижение эффективности принимаемого лекарственного средства. Авторы этого исследования оценили, влияет ли предшествующее долгосрочное дофаминергическое лечение на эффективность текущей и будущей дофаминергической и недофаминергической терапии. Ответ на данный вопрос позволит глубже изучить патофизиологию СБН.

Ретроспективно проанализировали два двойных слепых рандомизированных перекрестных плацебо-контролируемых исследования, в которых изучили эффект ингибитора транспорта аденозина дипиридамола и антагониста рецепторов орексина суворексанта. В ретроспективных анализах сравнивались эффективность этих средств между пациентами с СБН, ранее не принимавших леводопу или агонисты дофаминовых рецепторов, и больными, получавших дофаминергическую терапию. Ни один из этих пациентов не соответствовал диагностическим критериям аугментации. После 2-недельной «отмывки» (отмены препарата без постепенного уменьшения дозы) пациенты получали лечение (10–20 мг суворексанта или 200–300 мг дипиридамола) или плацебо в течение 2 недель. Эффективность оценивалась с использованием Международной шкалы оценки тяжести СБН (ШТ), множественного теста предложенной иммобилизации (МТПИ) для оценки позыва двигаться по визуальной аналоговой шкале и периодической двигательной активности в бодрствовании, периодических движений конечностей во сне (ПДКС) и других полисомнографических показателей.

Всего в исследовании дипиридамола приняли участие 28 пациентов (ранее леченные дофаминергическими препаратами, n = 10; нелеченные, n = 18), а в исследовании суворексанта — 40 пациентов (пролеченные леводопой или агонистом дофаминовых рецепторов, n = 9; нелеченные, n = 31). По сравнению с пациентами, не получавшими препараты дофаминергического ряда, пациенты, которые их ранее получали, реагировали на оба вида лечения значительно хуже на основе динамики показателей ШТ, МТПИ и ПДКС. Различий в параметрах полисомнографии не было.

Результаты показали, что предыдущее долгосрочное дофаминергическое лечение СБН, даже в отсутствии аугментации, приводит к снижению эффективности на лекарственную терапию. Авторы считают, что еще до развития аугментации происходят изменения в дофаминергической системе головного мозга на фоне длительного приема леводопы или агонистов дофаминовых рецепторов и снижает эффективность лекарственных средств. Этим и объясняются рекомендации Американской академии медицины сна (AASM) не использовать дофаминергические средства в качестве первой линии терапии синдрома беспокойных ног.

Кальцитонин-ген, связанный пептид при синдроме беспокойных ног

Maria P. Mogavero, Mojibola Fowowe, AkeemSanni et al. Evidence of Involvement of the Calcitonin Gene-Related Peptide in Restless Legs Syndrome. Mov Disord. 2025 Jun;40(6):1148-1159. doi: 10.1002/mds.30125

Текущие методы лечения СБН включают прием препаратов железа, агонистов дофаминовых рецепторов, альфа-2-дельта лигандов и опиоидов, но необходимы новые терапевтические подходы. Считается, что дисфункция зоны A11 в заднем гипоталамусе приводит к нарушению спинальной трансмиссии дофамина и клиническими проявлениям синдрома. Пептид, связанный с геном кальцитонина (CGRP), который участвует в модуляции боли, может взаимодействовать с диэнцефало-спинальным путем, который начинается в зоне A11, что предполагает его роль при развитии СБН.

Целью данного исследования была оценка участия CGRP при СБН путем определения того, сверхэкспрессируются ли белки, связанные с CGRP, у пациентов с СБН. Было проведено поперечное исследование с 17 пациентами с СБН, которые не получали препараты для лечения этого нарушения сна (средний возраст 55,8 лет). Авторы показали четкую разницу между СБН и контрольной группой.  В основной группе среди 10 идентифицированных белков, связанных с CGRP, 8 были повышены, а 2 были понижены, среди них отмечены белки, как S100A12, ADM, SRSF6 и ADM2.

Это исследование указывает на значительную вовлеченность CGRP и связанных с ним белков при синдроме беспокойных ног. Однако необходимы дальнейшие исследования для подтверждения этих результатов и изучения их клинических последствий, включая разработку новых вариантов лечения, которые специально направлены на пути CGRP, оказывающие влияние на диэнцефало-спинальный тракт.

СБН и острое нарушение мозгового кровообращения

Do Xuan Tinh , Dinh Viet Hung, Do Duc Thuan et al. Stroke-related restless leg syndrome in hemorrhagic and ischemic stroke patients. SAGE Open Med. 2025 Apr 29:13:20503121251336900. doi: 10.1177/20503121251336900. eCollection 2025.

Данное исследование было направлено на изучение заболеваемости синдрома беспокойных ног и некоторых факторов, связанных с ним после начала инсульта у пациентов во Вьетнаме.

Данные собраны у 423 пациентов, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), включая 283 ишемических и 140 геморрагических типов. Их подтвердили с помощью магнитно-резонансной томографии, выполненной в течение 7 дней после появления симптомов инсульта. СБН был диагностирован через 1 месяц после начала ОНМК в соответствии с критериями Международной группы по изучению синдрома беспокойных ног. Его выявили у 59 пациентов (11,6%), включая 37 (13,1%) с ишемическим и 12 (8,6%) с геморрагическим инсультом. Повышенная частота СБН наблюдалась у пациентов с сосудистым поражением мозга в таламусе и чечевицеобразном ядре, а также которые курили и имели положительный семейный анамнез по этому расстройству сна.

Авторы предлагают рассматривать данные факторы как предикторы синдрома беспокойных ног при инсульте.

СБН и саркоидоз

Raasing L., Veltkamp M., Datema M. et al. Sarcoidosis-related small fiber neuropathy: Focus on fatigue, pain, restless legs syndrome, and cognitive function. Sarcoidosis Vasculitis And Diffuse Lung Diseases 2025; 42 (1): 16214

У пациентов с саркоидозом в 40–80% случаев встречается невропатия тонких (слабомиелинизированных) волокон, 35% страдают от когнитивных нарушений и 16–52% испытывают СБН. Распространенность, тяжесть и связь между невропатической болью, СБН и когнитивными нарушениями у пациентов с саркоидозом и невропатией тонких волокон (НТВ) неизвестны и были изучены в этом исследовании.

Сравнивались здоровые добровольцы, больные с саркоидозом с НТВ и пациенты с саркоидозом без НТВ. Они заполнили несколько анкет (шкала тяжести СБН, визуальная аналоговая шкала (ВАШ) боли, опросник по оценке боли и когнитивной недостаточности (CFQ), чтобы оценить распространенность, тяжесть и корреляцию СБН, боли, НТВ и когнитивных нарушений.

Было включено двадцать здоровых добровольцев, 49 испытуемых с саркоидозом без НТВ и 48 больных с саркоидозом с НТВ. Боль при саркоидозе с НТВ является частым симптомом (85%). СБН и когнитивные нарушения имели частоту встречаемости 67% и 46% при саркоидозе. Тяжесть боли, СБН и когнитивных нарушений была выше у пациентов с саркоидозом с НТВ по сравнению с пациентами с саркоидозом без НТВ. Наконец, по шкале тяжести СБН, среднему и максимальном значению по ВАШ и CFQ показали сильную корреляцию друг с другом.

Таким образом, больные с саркоидозом с НТВ показали повышенную распространенность и более высокую выраженность боли, СБН и когнитивных нарушений по сравнению с пациентами с саркоидозом без НТВ. Более того, между этими симптомами были обнаружены умеренные или сильные корреляции.

Автор дайджеста и координатор проекта:

Горбачев Никита Алексеевич

09.06.2025

Дайджест по гиперсомниям, июнь 2025 г.

Вторая фаза клинических испытаний селективного агониста рецептора к орексину-2

Dauvilliers Y, Plazzi G, Mignot E, Lammers GJ, Del Río Villegas R, Khatami R, Taniguchi M, Abraham A, Hang Y, Kadali H, Lamberton M, Sheikh S, Stukalin E, Neuwirth R, Swick TJ, Tanaka S, von Hehn C, von Rosenstiel P, Wang H, Cai A, Naylor M, Olsson T. Oveporexton, an Oral Orexin Receptor 2-Selective Agonist, in Narcolepsy Type 1. N Engl J Med. 2025 May 15;392(19):1905-1916. doi: 10.1056/NEJMoa2405847.

Нарколепсия 1 типа является заболеванием, в патофизиологической картине которого ведущую роль играет гибель орексинергических нейронов латеральных ядер гипоталамуса, что приводит к снижению концентрации орексина в центральной нервной системе. Орексин, в свою очередь, является одним из ведущих нейромедиаторов, обеспечивающих достаточный уровень бодрствования и мышечного тонуса у человека. Сейчас для коррекции дневных симптомов нарколепсии 1 типа используются стимуляторы (модафинил, армодафинил или сибутрамин), антидепрессанты (венлафаксин), а для нарушений ночного сна может быть использован натрия оксибутират. В последние годы ведётся активная разработка агониста орексиновых рецепторов с целью коррекции основных проявлений нарколепсии. В частности, в одном из исследований, опубликованных в 2024 году, при оценке эффективности агониста орексиновых рецепторов была выявлена высокая частота нежелательных явлений в виде острой печёночной недостаточности. Кроме того, отмечалось бессимптомное повышение трансаминаз, что также свидетельствовало о нарушении функции печени. Трудности при разработке агониста орексиновых рецепторов заключаются ещё и в том, что сама по себе молекула орексина липофобна и обладает большой молекулярной массой, в связи с чем проход её через гематоэнцефалический барьер затруднён.

Тем не менее, в одном из недавно опубликованных исследованиях была проведена оценка эффективности и безопасности нового агониста орексиновых рецепторов Овепорексона (ранее назывался ТАК-861). Всего в исследовании приняло участие 90 пациентов с нарколепсией 1 типа, при этом пациенты были разделены на равные группы: 23 человека принимали 0,5 мг препарата 2 раза в день (1 группа); 21 человек принимали 2 мг 2 раза в день (2 группа); 23 человека начинали терапию с 2 мг с последующим повышением дозы до 5 мг в день (3 группа); 23 человека принимали 7 мг в день 1 раз в день (4 группа) и 22 человека принимали плацебо (группа плацебо). Лечение проводилось на протяжении 8 недель, а оценка эффективности проводилась по показателям средней латенции сна в соответствии с тестом поддержания бодрствования (ТПБ), Эпвортской шкале сонливости (ЭШС) и частоты катаплексии в течение недели. В результате лечения было показано удлинение латенции сна в ТПБ в первой группе на 12,5 минут, во второй группе на 23,5 минуты, в третьей – на 25,4 минуты, в четвёртой группы на 15,0 минут, а в группе контроля показатель напротив сократился на 1,2 минуты. По ЭШС изменения в первой группе составили -8,9, во второй группе -13,8, в третьей группе -12,8, в четвёртой -11,3 баллов, в группе контроля показатель ЭШС снизился на 2,5 балла. По показателю частоты катаплексии в неделю через 8 недель после лечения показатели составили 4,2, 3,1, 2,5 и 5,9 раз в неделю в группах приёма препарата соответственно, а в группе контроля показатель составил 8,8 раз в неделю.

Среди побочных эффектов на фоне приёма Овепорексона чаще всего отмечалось развитие инсомнии (у 48% респондентов, во многих случаях побочных эффект регрессировал в течение 1 недели), мочевая инфекция (33%), учащение мочеиспускания (32%), при этом признаков гепатотоксичности препарата выявлено не было.

Применение нелекарственных методов для коррекции симптомов нарколепсии 1 типа

Pan Y, Zhang Y, Xu Z, Wei Z, Pan R, Hu G, Wang X, Yang L, Wu D, Zhang X, Wen X, Qu S, Li C, Zhu Z, Gao Y, Shi X, Zhu Y, Wu K, Wang D, Liu Y. Transcutaneous auricular vagus nerve stimulation to treat narcolepsy type 1 (TARGET-NT1): A two-arm, randomised, sham-controlled trial. Neurotherapeutics. 2025 May 6:e00604. doi: 10.1016/j.neurot.2025.e00604. Epub ahead of print. PMID: 40335432.

В лечении нарколепсии ведется активный поиск не только в отношении лекарственных средств, но и нефармакологических способов коррекции. В одной из последних публикаций исследователей была проведена оценка эффективности и безопасности чрескожной стимуляции ушной ветви блуждающего нерва.

Суть метода заключается в стимуляции ушной ветви блуждающего нерва, проводимой при помощи электродов, накладываемых на ушную раковину. Стимул характеризуется продолжительностью 500 микросекунд с частотой 25 Гц с равными 30-секундными периодами включения/выключения. Общая продолжительность процедуры 1 час. Механизм действия при данном лечении точно неизвестен. Предполагают, что посредством чрескожной стимуляции ядра блуждающего нерва происходит активизация разных областей головного мозга, в частности в таламуса, гипоталамуса, амигдалы, задней центральной извилины, а также голубоватого пятна. Последнее, в свою очередь, являясь частью восходящей активирующей ретикулярной формации, повышает уровень бодрствования пациента во время лечения.

Эффективность метода оценивалась по ТПБ, ЭШС и по шкале тяжести нарколепсии (ШТН) (от 0 до 57 баллов) через 12 недель после стимуляции. В качестве группы контроля выступили пациенты, которым проводили имитацию (sham) стимуляции по аналогичной методике.  В каждой группе было по 30 человек, средний возраст в основной группе составил 28,5±9,2 года, а в группе симуляции воздействия 31,2±10,3 лет. В группе воздействия удалось выявить достоверное повышение времени в ТПБ с 6,4 минут до 9,4 минут (в группе сравнения показатель в начале исследования составил 7,5 минут, через 12 недель он был 6,7 минут), по ШТН показатель в группе воздействия снизился в среднем на 8,5 балла (с 36,5 баллов до 28 баллов), а в группе контроля остался практически неизменным (с 32,3 баллов по 32,4 баллов); в свою очередь по ЭШС показатель в группе воздействия до лечения составил 19 баллов, а после лечения 15,7, при этом в группе контроля этот показатель до лечения был 18,3, а после лечения – 18,5 баллов. Среди наиболее частых побочных эффектов авторы сообщают о развитии головной боли, головокружения, инсомнии и астении.

Таким образом, по предварительным данным методика оказалась эффективной, однако количество пациентов в выборке не позволяет судить о достаточной эффективности и безопасности чрескожной стимуляции блуждающего нерва для коррекции симптомов нарколепсии.

Коморбидность пациентов с нарколепсией в группе старше 65 лет

Jiang RY, Duka S, Vendrame M. Spotlight on Seniors with Narcolepsy: Comorbidities and Management. J Clin Med. 2025 May 6;14(9):3217. doi: 10.3390/jcm14093217. PMID: 40364245; PMCID: PMC12072508.

Одной из наиболее частых коморбидностей, встречаемых при нарколепсии, является метаболический синдром, однако оценка коморбидности в возрастной группе старше 65 лет ранее не проводилась. R. Jiang и соавт. в своей работе, включившей в себя 21 пациента с нарколепсией (3 с нарколепсией 1 типа и 18 с нарколепсией 2 типа, средний возраст 69 лет), оценили как их фенотип нарколепсии, так и коморбидности. Средний возраст начала заболевания составил 23 года, при этом диагноз многим больным был поставлен только в возрасте 41 года (в среднем через 13,7 лет после начала симптомов).

Наиболее часто в качестве коморбидности при нарколепсии выступала артериальная гипертония (57,1% пациентов), при этом только 85,7% выборки в течение жизни для коррекции заболевания принимали стимуляторы, более половины из них (55,6%) принимали модафинил. При этом на момент опроса ни один из пациентов не сообщил о необходимости приёма стимулятора в данное время.

Натрия оксибутират для коррекции идиопатической гиперсомнии: 3 фаза клинических испытаний

Dauvilliers Y, Chenini S, Thobois O, Rassu AL, Denis C, Guiraud L, Jaussent I, Barateau L. Efficacy and Safety of Sodium Oxybate in Adults With Idiopathic Hypersomnia: A Randomized Controlled Trial. Neurology. 2025 Jun 10;104(11):e213690. doi: 10.1212/WNL.0000000000213690. Epub 2025 May 13. PMID: 40359459.

Идиопатическая гиперсомния – это заболевание из спектра центральных гиперсомний, при которой ядром клинической картины является избыточная дневная сонливость в сочетании с неосвежающими дневными засыпаниями, пролонгированным сном в течение всего дня (>660 минут в сутки), а также феноменом сонного опьянения. В опубликованном исследовании представлены данные 3 фазы клинических двойного слепого плацебо-контролируемого исследования натрия оксибутирата, используемого с целью коррекции симптомов избыточной дневной сонливости у пациентов с идиопатической гиперсомнией. В исследование были включены 40 пациентов с диагнозом идиопатической гиперсомнии в возрасте от 18 до 60 лет с баллов по ЭШС > 14. 19 из включенных в исследование пациентов принимали натрия оксибутират в дозе от 4,5 до 9 грамм в сутки, 21 пациент получали плацебо.

В результате работы было показано, что после 8 недель приёма натрия оксибутирата наблюдалось значительное снижение балла по ЭШС в основной группе пациентов (-6,9 баллов по сравнению с группой плацебо), а также по шкале тяжести идиопатической гиперсомнии (- 11,6 баллов по сравнению с группой плацебо), и по ТПБ (в группе воздействия пациенты в среднем способны поддерживать бодрствование на 14,8 минут дольше, чем в группе плацебо).

Автор дайджеста: Головатюк Андрей Олегович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

02.06.2025

Дайджест по инсомниям, июнь 2025 г.

Инсомния играет значительную роль в дневной сонливости при обструктивном апноэ сна

Gouveris, A. Deiß, B. Hackenberg, K. Bahr-Hamm, T. Huppertz, K. Ludwig, C. Matthias, P. Simon, Insomnia features and patient-reported daytime sleepiness in patients with obstructive sleep apnea. Sleep Medicine. 2025. 129: 292-296

Дневную сонливость у людей с подозрением на синдром обструктивного апноэ сна (СОАС) обычно связывают с нарушениями дыхания во сне. Однако новые данные исследования, проведённого в Университетской клинике Майнца, свидетельствуют о том, что при оценке и коррекции дневной сонливости у пациентов с СОАС сомнологам следует уделять особое внимание симптомам инсомнии и поведенческим факторам.

У 230 человек, включенных в исследование, баллы по пунктам 2 (трудности поддержания сна), 4 (субъективная удовлетворённость текущим режимом сна), 7 (влияние проблем со сном на дневное функционирование), а также общий балл по опроснику Индекса тяжести бессонницы (ISI) показали сильную и значимую корреляцию с субъективной дневной сонливостью, оцениваемой с помощью Эпвортской шкалы сонливости (ESS). В отличие от субъективных факторов, показатели ночной полисомнографии, а именно, индекс апноэ-гипопноэ, степень десатурации или частота пробуждений во сне, не коррелировали с субъективной дневной сонливостью. Авторы приходят к выводу, что бессонница может оказывать существенное влияние на субъективную дневную сонливость у пациентов с СОАС. Это означает, что врачи или другие специалисты, занимающиеся лечением людей с апноэ сна, должны планировать время приема, чтобы лучше узнать повседневные привычки, мышление и психологические особенности этих пациентов. Такой подход может существенно улучшить дневные проявления СОАС.

Консенсус о применимости дифенгидрамина для лечения острой инсомнии

Ariza-Salamanca DF, Venegas M, Parejo K, Amado S, Echeverry J, Calderón-Ospina CA. Expert Consensus on the Use of Diphenhydramine for Short-Term Insomnia: Efficacy, Safety, and Clinical Applications. J Clin Med. 2025 May 9;14(10):3297. doi: 10.3390/jcm14103297

В настоящее время одобренный фармакологический арсенал для лечения бессонницы включает бензодиазепиновые гипнотики короткой и средней продолжительности действия, небензодиазепиновые снотворные препараты, агонисты мелатониновых рецепторов, антагонисты орексиновых рецепторов и седативные антидепрессанты. При этом дифенгидрамин, антигистамин первого поколения, широко используется при инсомнии вне официальных рекомендаций. В недавно опубликованном обзоре рассматриваются доклинические и клинические данные об эффективности и безопасности дифенгидрамина при лечении острой бессонницы. Кроме того, приводится экспертное мнение по его использованию в качестве безрецептурного препарата для лечения этого состояния. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что дифенгидрамин является эффективным средством лечения острой бессонницы у взрослых. Эксперты единодушны в том, что существуют веские основания рекомендовать дифенгидрамин для лечения острой бессонницы у взрослых.

Инсомния как фактор риска когнитивной хрупкости

Ma X, Yao G, Wan X, Xu Y, Yang Y, Zheng L, Li X, Qiu Y, Chen L, Wang X, Li G. Relationship Between Sleep and Cognitive Frailty in Older Adults: A Systematic Review and Meta-Analysis. J Adv Nurs. 2025 May 28. doi: 10.1111/jan.17081

Когнитивная хрупкость (cognitive frailty) — это относительно новый медицинский и геронтологический термин, который обозначает уязвимое состояние, при котором у пожилого человека есть легкие когнитивные нарушения и снижение физических сил и выносливости, но при этом ещё не развилась деменция. Когнитивная хрупкость является значимым предвестником деменции. Ранее уже было подтверждено, что нарушения сна являются фактором риска когнитивных нарушений. В недавнем обзоре и мета-анализе было изучено влияние нарушений сна на развитие когнитивной хрупкости. В обзор были включены 13 исследований с участием 14 223 человек, из которых 10 исследований вошли в метаанализ. В целом, распространённость когнитивной хрупкости составила 25%. Проблемы со сном были классифицированы по четырём категориям. Результаты показали, что плохое качество сна, длительное время сна и диагноз бессонницы статистически значимо коррелировали с наличием когнитивной хрупкости. Однако связь между коротким временем сна и когнитивной хрупкостью оказалась незначимой. Полученные данные будут способствовать разработке эффективных стратегий профилактики и управления когнитивной хрупкостью в пожилом возрасте.

Сон и «успешное старение»

Liu Y, Ji J, Du W, Cao Q, Su C, He Y, Wang H, Jia X. Healthy sleep without insomnia may go beyond sleep duration for achieving successful aging in Chinese older adults: a cross-sectional study. BMC Geriatr. 2025 May 29;25(1):386. doi: 10.1186/s12877-025-06044-y.

Связь между сном и старением была недавно проанализирована и с точки зрения успешного старения (УС), которое подразумевает низкую вероятность развития заболеваний и связанной с ними инвалидности, высокие физические и когнитивные возможности и активную вовлеченность в жизнь. УС является одной из главных задач здравоохранения в условиях старения населения. Продолжительность сна и наличие его нарушений были проанализированы в качестве модифицируемых факторов УС. В исследование включили 5,118 человек в возрасте 60 лет из China Health and Nutrition Survey 2018. Сон оценивался с использованием самооценки продолжительности сна и шкалы бессонницы Бергена. УС оценивалось по составному баллу из пяти следующих компонентов: самооценка общего здоровья, самооценка психического здоровья, когнитивных функций, оцениваемых с помощью шкалы MMSE, повседневной активности, оцениваемой по шкале оценки физической способности к самообслуживанию (Рhysical Self-Maintenance Scale — PSMS) и самооценки физических возможностей. Для анализа взаимосвязи между сном и УС, а также его компонентами использовались многовариантные логистические регрессионные модели. Примерно 41,3% участников соответствовали критериям УС. По сравнению с референсной группой (отсутствие бессонницы и 7–8 часов сна в сутки), наличие бессонницы и длительность сна ≥ 9 часов снижали вероятность УС на 53% и 18% соответственно (p < 0,05). Относительно референсной группы, более низкие шансы на УС были у следующих групп: лица с оптимальной продолжительностью сна, но с бессонницей (отношение рисков, ОР = 0,50; 95% доверительный интервал, ДИ: 0,39–0,62); лица с продолжительностью сна < 7 ч или > 8 ч, но без бессонницы (ОР = 0,84; 95% ДИ: 0,73–0,97); лица с бессонницей, и с продолжительностью сна < 7 ч или > 8 ч (ОР = 0,40; 95% ДИ: 0,32–0,50). Вероятность УС начинала резко снижаться, при превышении 3 баллов по шкале бессонницы и при превышении 8 часов сна в сутки. Бессонница и избыточная продолжительность сна являются негативными факторами для успешного старения среди пожилых людей в Китае. При этом качество сна, выражающееся в отсутствии бессонницы, оказывается более важным фактором для достижения успешного старения, чем просто длительность сна.

Автор дайджеста: Пчелина Полина Валерьевна

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич

27.05.2025

Дайджест по нарушениям дыхания во сне, май 2025 г.

Адаптивная сервовентиляция и сердечно-сосудистая смертность у пациентов с центральным апноэ сна и сердечной недостаточностью: метаанализ и последовательный анализ исследований

Iftikhar I.H., Randerath W., Khayat R.N. Adaptive servo-ventilation and cardiovascular mortality in patients with central sleep apnea with heart failure: A meta-analysis and trial sequential analysis. Sleep Med. 2025; 131:106492. doi: 10.1016/j.sleep.2025.106492.

В настоящее время считается, что адаптивная сервовентиляция (АСВ) повышает сердечно-сосудистую смертностью у пациентов с центральным апноэ сна при хронической сердечной недостаточности со сниженной фракцией выброса левого желудочка. Метаанализ и последовательный анализ исследований из опубликованных рандомизированных контролируемых исследований (РКИ) были проведены для синтеза кумулятивных доказательств роли АСВ в отношении сердечно-сосудистой смертности в этой популяции пациентов. Четыре РКИ соответствовали критериям включения. Объединенное отношение шансов для сердечно-сосудистой смертности составило 0,92, что говорит о том, что сделать окончательный вывод о влиянии АСВ на сердечно-сосудистую смертность в настоящее время невозможно. Это еще раз указывает на то, что текущие выводы о влиянии АСВ на сердечно-сосудистую смертность являются неокончательными, а для достижения окончательного вывода необходимы дополнительные РКИ.

Каковы будут результаты применения тирзепатида у пациентов с обструктивным апноэ сна?

Pack A., Grunstein R., Mokhlesi B. et al. What will the impact be of use of tirzepatide in patients with obstructive sleep apnea (OSA)? Sleep. 2025: zsaf045. doi: 10.1093/sleep/zsaf045.

Исследование SURMOUNT-OSA оценивало эффективность препарата тирзепатид для снижения веса у пациентов с ожирением с обструктивным апноэ сна (ОАС). Первичной конечной точкой было изменение индекса апноэ-гипопноэ (ИАГ) через 52 недели у лиц, получавших препарат, по сравнению с плацебо. Было отмечено значительное снижение ИАГ вплоть до устранения ОАС примерно у 50% пациентов. Эти впечатляющие результаты поднимают вопрос: какую роль будет играть этот препарат в рутинном лечении ОАС?

Четырем экспертам было предложено высказать свое мнение на этот счет. Все они согласились, что тирзепатид будет играть важную роль, но мнения относительно того, какой будет эта роль, разошлись. Преобладало мнение, что роль препарата в первичном лечении будет ограничена, учитывая, сколько времени требуется для достижения эффекта, тогда как СИПАП-терапия дает немедленный эффект. Таким образом, изначально препарат, вероятно, следует использовать совместно с СИПАП-терапией. После снижения веса можно будет рассмотрен вопрос, можно ли прекратить СИПАП-терапию. Эксперты посчитали, что также это дает новые возможности для лечения синдрома ожирения-гиповентиляции, которые требуют дополнительного изучения. Кроме того, необходимо рассмотреть исследования, сравнивающие медикаментозное лечение с СИПАП-терапией. Кроме того, высказывались опасения относительно долгосрочной приверженности пациентов такому лечению из-за высокой стоимости препарата. В заключение следует отметить, что точные рекомендации по оптимальному использованию тирзепатида при ОАС еще предстоит определить.

Риск тяжелой депрессии, связанный с чрезмерной дневной сонливостью, у лиц с апноэ

Conenna M., Point C., Wacquier B. et al. Risk of Major Depression Associated with Excessive Daytime Sleepiness in Apneic Individuals. Clocks Sleep. 2025;7(2):22. doi: 10.3390/clockssleep7020022.

Учитывая частое сочетание большого депрессивного расстройства и чрезмерной дневной сонливости у лиц с обструктивным апноэ сна (ОАС), данное исследование было направлено на изучение связи между чрезмерной дневной сонливостью (ЧДС) и риском развития большого депрессивного эпизода в этой субпопуляции.

Демографические и полисомнографические данные были ретроспективно получены из клинической базы данных 1849 лиц с ОАС. ЧДС определялась как баллы по Эпвортской шкале сонливости >10, а большие депрессивные эпизоды диагностировались в соответствии с критериями DSM. Для оценки риска большого депрессивного эпизода, связанного с ЧДС у лиц с ОАС, был проведен логистический регрессионный анализ. Распространенность большого депрессивного расстройства при ОАС составила 26,3%. После учета основных переменных регрессионный анализ показал, что у лиц с ОАС и ЧДС была значительно более высокая вероятность развития большого депрессивного эпизода по сравнению с теми, кто не жаловался на чрезмерную сонливость.

Результаты исследования подчеркивают тесную связь между чрезмерной ЧДС и тяжелой депрессией у пациентов с ОАС, а также указывают на важность оценки и адекватного лечения сонливости для лучшего контроля симптомов депрессии и улучшения общих результатов лечения в этой подгруппе пациентов.

Влияние длительного соблюдения режима СИПАП-терапии на рецидив после абляции фибрилляции предсердий у пациентов с тяжелым апноэ сна

Tanaka N., Okada M., Tanaka K. et al. Impact of Long-Term CPAP Adherence on Recurrence After Atrial Fibrillation Ablation in Patients with Severe Sleep Apnea. J. Am. Heart Assoc. 2025;14(10):e038742. doi: 10.1161/JAHA.124.038742.

Обструктивное апноэ сна (ОАС) повышает вероятность рецидива аритмии после катетерной абляции при фибрилляции предсердий (ФП). Терапия постоянным положительным давлением в дыхательных путях (СИПАП) может снизить риск рецидива, но индивидуальная приверженность СИПАП-терапии различается, что вероятно приводит к противоречивым результатам в разных исследованиях.

Авторы проанализировали влияние приверженности СИПАП-терапии на рецидив ФП у пациентов с тяжелым ОАС (индекс апноэ-гипопноэ ≥30), отобранных из 1864 последовательных пациентов, перенесших катетерную абляцию. Частота рецидивов сравнивалась между пациентами с долгосрочной приверженностью СИПАП-терапии (>1 года) и без нее. Использование СИПАП контролировалось с помощью телемониторинга и амбулаторного наблюдения. Из 466 пациентов 157 (33,7%) придерживались назначенной СИПАП-терапии в течение длительного времени, что снизило индекс апноэ-гипопноэ с 37,7±15,3 до 3,9±3,1. Хотя частота рецидивов ФП в течение первого года после катетерной абляции была схожей между группами, частота поздних рецидивов (наблюдение >1 года) был значительно ниже у пациентов с длительным адекватным лечением СИПАП, чем у тех, кто назначенного лечения не придерживался (7,6% против 21,6%). Даже после корректировки на другие потенциальные факторы риска, длительная СИПАП-терапия была связана с существенно более низким риском позднего рецидива.

Сделан вывод, что у пациентов с тяжелым ОАС частота рецидивов ФП в течение 1 года после абляции была схожей независимо от приверженности СИПАП-терапии. Однако длительная СИПАП-терапия была связана со снижением частоты рецидивов ФП в последующий период.

Автор дайджеста: Пальман Александр Давидович

Координатор проекта: Горбачев Никита Алексеевич